молитвенник, сборник молитв, молитвы на каждый день, молитвы против недугов, это должен знать каждый, православная литература, архив mp3, редкие молитвы, православные посты, просьбы о помощи, vjkbndtyybr, ghfdjckfdbt, православие

Тайна Библии

Введение.



Начнем наше повествование с 786 года от основания Рима, или с 344 года эры Селевкидов, или с 5540 года византийской эры от создания мира, или с 4036 года по еврейскому летосчислению, или с 33 года от Рождества Христова, с первого дня недели 16 нисана, или с 18 апреля по новому стилю.

"...Петр, встав, побежал ко гробу и, наклонившись, увидел только пелены лежащие, и пошел назад, дивясь сам в себе происшедшему. В тот же день двое из них шли в селение, отстоящее стадий на шестьдесят от Иерусалима, называемое Эммаус; и разговаривали между собою... и Сам Иисус, приблизившись, пошел с ними. Но глаза их были удержаны, так что они не узнали Его. Он же сказал им: о чем это вы, идя, рассуждаете между собою, и отчего вы печальны? Один из них, именем Клеопа, сказал Ему в ответ: неужели Ты один из пришедших в Иерусалим не знаешь о происшедшем в нем в эти дни? И сказал им: о чем? Они сказали Ему: что было с Иисусом Назарянином, Который был пророк, сильный в деле и слове пред Богом и всем народом; как предали Его первосвященники и начальники наши для осуждения на смерть и распяли Его. А мы надеялись было, что Он есть Тот, Который должен избавить Израиля; но со всем тем, уже третий день ныне, как это произошло. Но и некоторые женщины из наших изумили нас: они были рано у гроба и не нашли Тела Его и, придя, сказывали, что они видели и явление Ангелов, которые говорят, что Он жив. И пошли некоторые из наших ко гробу и нашли так, как и женщины говорили, но Его не видели. Тогда Он сказал им: о, несмысленные и медлительные сердцем, чтобы веровать всему, что предсказывали пророки! Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою? И, начав от Моисея, из всех пророков изъяснял им сказанное о Нем во всем Писании. И приблизились они к тому селению, в которое шли; и Он показывал им вид, что хочет идти далее. Но они удерживали Его, говоря: останься с нами, потому что день уже склонился к вечеру. И Он вошел и остался с ними. И когда Он возлежал с ними, то, взяв хлеб, благословил, преломил и подал им. Тогда открылись у них глаза, и они узнали Его. Но Он стал невидим для них. И они сказали друг другу: не горело ли в нас сердце наше, когда Он говорил нам на дороге и когда изъяснял нам Писание? И, встав в тот же час, возвратились в Иерусалим и нашли вместе одиннадцать Апостолов и бывших с ними, которые говорили, что Господь истинно воскрес и явился Симону. И они рассказывали о происшедшем на пути, и как Он был узнан ими в преломлении хлеба" (Лк. 24, 12-35).

Помочь тем, кто, как апостолы Лука и Клеопа в приведенном выше воскресном Евангелии, ищет правды, тем, кто хочет знать истину, но смущается и медлит сердцем,- цель нашей книги. Как часто наша жизнь бывает поверхностной! Как часто даже на святую Пасху современный человек смотрит только как на устоявшийся обычай носить в церковь на освящение куличи! Как часто мы подвергаемся искушению разделить свою жизнь на повседневные "мирские" дела, в которых мы поступаем "как все", и на Православие, к которому мы обращаемся или в случае крайней нужды, или в дни великих праздников,- но только тогда, когда у нас на это находится свободное время!

"Кто поверил слышанному от нас?" - вопрошает пророк Исаия (Ис. 53, 1). "Великая благочестия тайна",- говорит апостол Павел (1 Тим. 3, 16). Попробуем приоткрыть ее завесу, развернуть древние свитки, старые, ветхие книги и труды совсем новые и начнем наше повествование о Рождестве Христовом, о Его распятии на Кресте, о Воскресении. Попробуем с Божией помощью, используя имеющиеся в нашем распоряжении исторические факты, сведения из археологии и других наук века сего, с благоговением прикасаясь к сохранившимся святыням, опираясь на наследие святых отцов и церковное предание, дать ответы на вопросы: достоверно ли то, что описано в Евангелии, допустимо ли Боговоплощение, не противоречит ли разуму Воскресение, действительно ли сохранилась подлинная Плащаница, в которую Иосиф из Аримафеи положил пречистое тело Богочеловека?

Если мы попытаемся вникнуть в великое дело нашего искупления, совершенное Господом Иисусом Христом, то воистину воскликнем с апостолом: "И беспрекословно - великая благочестия тайна: Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелам, проповедан в народах, принят верою в мире, вознесся во славе" (1 Тим. 3, 16). Откровение о воплотившемся Сыне Божием обнимает собой все предыдущие и последующие времена, и суть Ветхого и Нового Заветов - в раскрытии этой величайшей тайны домостроительства Божия; вся Библия говорит о том, как было совершено наше спасение, устремляет все наше внимание, обращает все наши мысли и помышления к Агнцу Божию, вземлющему грех мира.


« Глаголавшаго пророки»


Источник жизни и бессмертия, Господь наш Иисус Христос, по безмерной Своей благости и милосердию ради нас вочеловечился, принял за нас крестные муки и смерть, обновил Своей Кровью наше естество, растленное греховными язвами, и оживотворил Своим Воскресением падший человеческий род.

«Но многие возражают и говорят: какая была столь важная причина, чтобы Богу снизойти до человечества? — пишет святитель Кирилл, архиепископ Иерусалимский, живший в IV веке.— И свойственно ли сколько-нибудь естеству Божию жить с человеками? Возможно ли Деве родить без мужа? При множестве таких возражений и многообразных пререканий, по благодати Христовой и по молитвам предстоящих, разрешим каждое... Ты же обращай внимание не на мои слова, потому что можно впасть и в лжеумствования; но если не услышишь о каждом предмете свидетельство пророков, не верь тому, что говорю. Если из Божественных Писаний не дознаешь о Деве, о месте, о времени и образе рождения, то не принимай свидетельства человеческого» [1, с. 170—171].

Прежде всего побеседуем о древности книг Ветхого Завета, о рукописных свитках и древних текстах. Известно, что в ветхозаветные времена был несколько иной порядок расположения книг Библии. Священное Писание состояло из книг «Закона» (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие); книг «Пророков» (Иисуса Навина, Судей, Царств, Исаии, Иеремии, Иезекииля); книг «Писаний» (Псалтирь, Притчи, Иов, Песнь песней, Руфь, Плач Иеремии, Екклезиаст, Есфирь, Даниил, Ездра, Неемия, Паралипоменон).

Современное нам расположение книг Священного Писания было сделано при их переводе на греческий в 285 г. до Р. Х., но изменение расположения книг ветхозаветного канона и даже в некоторых случаях объединение нескольких книг в одну совершенно не нарушает главного — содержания самого текста, который сохранялся слово в слово. Известны и боговдохновенные авторы, оставившие нам эти книги, и годы их праведной жизни. Так, боговидец Моисей жил в XIII в. до Р. Х.; царь и пророк Давид — в XI в. до Р. Х.; пророки Авдий, Илия, Елисей, Иона, Иоиль жили в IX в. до Р. Х.; Михей, Исаия, Амос, Осия — в VIII в. до Р. Х.; Наум и Аввакум — в. VII в до Р. Х.; Софония, Иеремия, Иезекииль, Даниил, Аггей, Захария, Малахия — в VI в. до Р. Х. Само составление канона ветхозаветных книг с достоверностью относится к IV в. до Р. Х. (это подтверждает и авторитетный иудейский историк Иосиф Флавий).

В древности книги Ветхого Завета тщательно переписывали от руки с более старого свитка на новый и повторяли этот труд в течение веков много раз. До наших же дней дошло совсем немного рукописных копий древних текстов, потому что материал, на котором их писали, как правило, не способен долго сохраняться. Чаще всего рукописи создавались на папирусе, который изготовляли из тростника с тем же названием, растущего в мелких озерах Египта (само греческое слово библион «книга» и библос «лыко папируса» произошли от названия сирийского порта Библос, откуда греки ввозили папирус).

Древнейшие свитки папируса сохранились лишь в сухих районах — в песках Египта или пещерах типа Кумранских в районе Мертвого моря, где и были обнаружены так называемые кумранские рукописи. Являются ли достаточно точной копией имеющиеся у нас тексты пророческих книг? Ведь если пророк Исаия жил в VIII в. до Р. Х., это значит, что его свитки многократно переписывались. До кумранских находок наука располагала весьма поздними списками с древних оригиналов. Так, из более или менее полных древнееврейских текстов Ветхого Завета сохранился Каирский кодекс (895 г. по Р. Х.), Вавилонско-Петропольский кодекс (1008 г. по Р. Х.) и Алептский кодекс (900 г. по Р. Х.) — списки, созданные тысячи лет спустя после написания пророчеств.

Благодаря свиткам Мертвого моря мы смогли прочесть полный древнееврейский текст книги Исаии. (Ученые-палеографы относят его примерно к 125 г. до Р. Х.; эта рукопись более чем на 100 лет старше любой из ранее известных.) Поразительно, что текст 53-й главы Исаии оказался практически идентичным позднему списку 916 г. Кодекса пророков: «Из 166 слов в 53-й главе Исаии под вопросом находятся всего 17 букв. Десять разночтений из этого числа носят орфографический характер и не влияют на смысл. Еще четыре буквы относятся к незначительным стилистическим вариациям (таким, как наличие союзов). Наконец, оставшиеся три буквы образуют слово «свет», добавленное в стихе 11 и не слишком меняющее смысл текста. Более того, в пользу присутствия этого слова говорят другие места из книги Исаии. Таким образом, в главе, состоящей из 166 слов, обнаружилось лишь одно слово из трех букв, почти не меняющее смысл отрывка,— и это после тысячи лет переписывания текста» [2, с. 50].

Как оказалось, еврейские рукописи II в. до Р. Х. из Кумранских пещер содержат библейские тексты, точно соответствующие «Септуагинте» — так называется греческий перевод семидесяти толковников, сделанный в III в. до Р. Х. в Александрии учеными евреями по инициативе царя Птоломея Филадельфа (285—246 гг. до Р. Х.). Православная Церковь с самого начала и по сей день пользуется при богослужении «Септуагинтой». О достоинствах этого древнейшего и уникального перевода говорит тот факт, что он был принят как вполне достоверный и использовался всеми иудеями, говорящими по-гречески. Об этом свидетельствуют древнееврейские историки Иосиф Флавий и Филон, цитирующие все библейские тексты по переводу семидесяти толковников, которых Флавий даже называет пророками.

«Септуагинта» является богослужебной Библией Православной Церкви в качестве богодухновенного перевода, с которого был сделан и древнеславянский перевод Библии, точно соответствовавший греческому тексту. Так, ссылаясь на разные места Ветхого Завета, отцы Церкви пользовались «Септуагинтой» и только в отдельных случаях для справок прибегали к еврейскому тексту.

Можем и мы быть уверены, что пользуемся совершенно точными текстами книг Ветхого Завета. Развернем древние свитки 53-й главы пророка Исаии: «Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас. Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих» (Ис. 53, 6—7).

Это удивительно точное пророчество о страдании Спасителя было изречено пророком Исаией за восемь веков до Рождества Христова. Кроме того, в книгах Ветхого Завета содержится точное предсказание о времени Его пришествия, а также что Он будет рожден Приснодевой именно в городе Вифлееме, что Он будет творить чудеса и исцелять, говорить в притчах, будет отвергнут вождями Своего народа, что Он въедет в Иерусалим на осле, будет предан за тридцать сребреников, веден как агнец на заклание, что умрет вместе с нечестивыми, открыв источник для очищения грехов, что Его руки и ноги будут пронзены и что кость Его не сокрушится, что о одежде Его будут бросать жребий, что Он будет погребен у богатого и на третий день воскреснет из мертвых.

Как бы нам хотелось вместе с Лукой и Клеопой, апостолами Христовыми, послушать из уст Господних изъяснение Писания, чтобы и у нас, так же как и у них, стало гореть сердце, чтобы и у нас наконец открылись глаза и мы бы воочию узнали Его. К сожалению, это нам не дано, но мы можем внимательно прочесть Священное Писание, в котором с нами говорит Сам Господь, прочесть слова, сказанные Его святыми угодниками, наконец, можем обратиться к фактам и историческим свидетельствам. Если же мы станем православными и воцерковимся, начнем жить непорочно по заповедям Христовым, то и у нас тоже будет гореть сердце, у нас откроются глаза и мы воистину узнаем Его!.


"И Слово Плоть бысть"


Откроем "Церковную историю" Евсевия Памфила, жившего в III-IV вв. по Р. Х. Историк приводит текст послания, отправленного Авгарем (Абгаром V, он царствовал в сирийском городе Эдессе с 13 по 50 г.) Господу нашему Иисусу Христу:

"Нет, кажется, ничего интереснее этих писем, полученных мной из архива и переведенных слово в слово с сирийского. Копия письма, написанного топархом Иисусу и отправленного в Иерусалим со скороходом Ананией: "Авгарь, сын Ухамы, топарх, шлет приветствие Иисусу, Спасителю благому, явившемуся в пределах Иерусалимских... Ты, рассказывают, возвращаешь слепым зрение, хромым хождение, очищаешь прокаженных, изгоняешь нечистых духов и демонов. Ты излечиваешь страдающих долгими болезнями и воскрешаешь мертвых. Слушал я все это о Тебе и усвоил умом одно из двух: или Ты Бог и, сойдя с неба, творишь такие чудеса, или Ты Сын Божий, творящий чудеса. Поэтому я и написал Тебе и прошу Тебя: потрудись, приезжай ко мне и болезнь мою исцели. Слышал я еще, что иудеи... против Тебя злоумышляют. Город мой очень маленький, но почтенный, и его нам двоим хватит". Вот что и как писал Авгарь... Ответ Иисуса топарху (Авгарю) через скорохода Ананию: "Блажен ты, если уверовал в Меня, не видев Меня. Написано обо Мне: видевшие Меня не уверуют в Меня, чтобы не увидевшие уверовали и ожили. А что ты приглашаешь Меня к себе, то надлежит Мне исполнить здесь все, ради чего Я послан; а когда исполню, то вознесусь к Пославшему Меня. Когда же вознесусь, то пошлю к тебе одного из учеников Моих, чтобы он исцелил болезнь твою и даровал жизнь тебе и тем, кто с тобой" [3, с. 41-42].

Далее Евсевий пишет: "Происходило все это в 340 году" (там же, с. 44). Заметим, что письма датированы сирийцами по так называемой эре Селевкидов, которая начинается с 311 г. до н. э.,- значит, в переводе на христианское летосчисление дата, приведенная Евсевием,- 30 г. по Р. Х. "К этим письмам,- продолжает Евсевий Памфил,- присоединено было следующее, написанное тоже по-сирийски: "После вознесения Иисуса Иуда, прозванный Фомой, послал (к Авгарю) апостола Фаддея, одного из семидесяти... И Фаддей сказал: "Так как ты крепко уверовал в Пославшего меня, то я и послан к тебе..." Говорит ему Авгарь: "И я уверовал в Него и в Отца Его". И говорит Фаддей: "Поэтому во имя Его возлагаю на тебя руку мою". И как только он сказал это, так Авгарь исцелился от болезни и страданий своих... Фаддей исцелил многих... творил великие чудеса и проповедовал слово Божие. Потом Авгарь сказал: "Ты, Фаддей, делаешь все это силой Божией, и мы сами изумлены. И потому прошу тебя, расскажи мне о пришествии Иисуса, как оно произошло, о могуществе Его и о том, какой силой творил Он все, о чем я слышал" (там же, с. 42-44).

Слова святого апостола Фаддея, исполненные силой Божией, обратили ко Христу жителей Эдессы. Приникнем и мы к духоносным словам - углубимся в Священное Писание и Священное Предание. "Если доискиваешься причины пришествия Христова, обратись к первой книге Писаний,- пишет святитель Кирилл, архиепископ Иерусалимский.- Мир создан ради человека. Солнце сияет пресветлыми лучами, но оно получило бытие, чтобы светить человеку. И все животные созданы, чтобы нам служить. Травы и деревья сотворены для нашего наслаждения. Все создания прекрасны, но ни одно из них не есть Божий образ, кроме одного только человека" [1, с. 171].

"Сотворим человека по образу Нашему и по подобию" (Быт. 1, 26),- таинственно совещался в Самом Себе и с Самим Собою Бог-Троица перед сотворением человека, и был новосотворенный образ Божий - человек - премудр, благ, чист, нетленен, свят, чужд всякой греховной страсти, всякого греховного помышления и ощущения. И это лучшее из созданий, ликующее в раю, низринула оттуда дьявольская зависть... Впоследствии за великое лукавство людей землю наводнил потоп; за беззаконие содомлян сошел с неба огонь. Со временем Бог избрал израильтян для служения Ему; но и избранный народ развратился: когда Моисей предстоял Богу на горе, евреи вместо Бога поклонялись тельцу. После Моисея Господь посылал пророков уврачевать Израиль, но пророки не могли преодолеть недуга и оплакивали это: "Горе мне!.. Не стало милосердых на земле, нет правдивых между людьми" (Мих. 7, 1-2). И еще: "Все уклонились, сделались равно непотребными; нет делающего добро, нет ни одного" (Пс. 13, 3). "Клятва и обман, убийство и воровство, и прелюбодейство крайне распространились, и кровопролитие следует за кровопролитием" (Ос. 4, 2). "И приносили сыновей своих и дочерей своих в жертву бесам" (Пс. 105, 37), гадали по внутренностям птиц, чародействовали, волхвовали. "На одеждах, взятых в залог, возлежат при всяком жертвеннике" (Амос. 2, 8). При законодателе Моисее, изрекшем: "Не прелюбодействуй" (Исх. 20, 14), израильтянин, вошедши в блудилище, осмелился непотребствовать (Чис. 25, 8). Велика была язва на человечестве: "От подошвы ноги до темени головы нет у него здорового места: язвы, пятна, гноящиеся раны, неочищенные и необвязанные и несмягченные елеем" (Ис. 1, 6). Сетуя и скорбя, пророки говорили: "Кто даст с Сиона спасение Израилю!" (Пс. 52, 7); "Да будет рука Твоя над мужем десницы Твоей, над Сыном Человеческим, которого Ты укрепил Себе, и мы не отступим от Тебя" (Пс. 79, 18-19); умоляли: "Господи! Приклони небеса Твои и сойди" (Пс. 143, 5), язвы человечества превышают наше врачебное пособие! "Разрушили Твои жертвенники и пророков Твоих убили" (3 Цар. 19, 10). Зло неисправимо в нас - Тебе нужно быть исправителем. И Господь услышал моление пророков. Отец не презрел гибнущего рода человеческого, послал врачом с небес Сына Своего [1, с. 171-173].

Предвечное Слово - Сын Божий силой Своего творчества составил Себе плоть в утробе Девы: зачался Богочеловек и родился Богочеловек. Сын по Божественному естеству сделался сыном и по естеству человеческому. От Девы родился Иисус Христос, одно Лицо в двух нераздельных и неслитных естествах, Божественном и человеческом. Божественное естество, несмотря на Свою беспредельность, не уничтожало естества человеческого, а человеческое естество, несмотря на свое неслитное существование, нисколько не стесняло беспредельности естества Божественного [4, с. 2].

Чтобы даровать всем людям спасение от власти греха и смерти, наш Спаситель Иисус Христос - а Иисус (по-еврейски Иешуа, сокращенное от Иегошуа) именно и означает "Спаситель"; Христос, как и еврейское Мессия (Машиах), значит "Помазанный" - облекся в тело, иначе - воплотился. Спаситель принял не только тело человеческое, но и все естество человека, то есть и тело и душу, став полностью человеком, иначе говоря - вочеловечился. Но почему Господь наш Иисус Христос пришел во плоти и вочеловечился? Иначе Он был бы для нас недоступен, объясняет святитель Кирилл Иерусалимский. Мы не можем видеть Его таким, каков Он Сам в Себе, и Он вочеловечился, чтобы мы таким образом сподобились насладиться Им. Господь снисшел в огне на гору Синайскую, и народ не мог вынести этого и сказал пророку Моисею: "Говори ты с нами, и мы будем слушать, но чтобы не говорил с нами Бог, дабы нам не умереть" (Исх. 20, 19). И еще: "Есть ли какая плоть, которая слышала бы глас Бога живаго, говорящего из среды огня... и осталась жива?" (Втор. 5, 26). Если и услышав глас глаголющего Бога, можно умереть, то тем более увидев Его. Чему удивляться, когда сам пророк Моисей сказал: "Я в страхе и трепете" (Евр. 12, 21)? Разве мог пришедший для спасения стать причиной гибели, потому что невыносимо было бы для людей Его пришествие?

Пророк Даниил не вынес явления ангела; а ты стерпишь лицезрение Владыки ангелов? - спрашивает святитель Кирилл. Явился архангел Гавриил, и пророк Даниил упал ниц. И каков был явившийся, в каком предстал образе? Лицо его было как молния, а не как солнце; очи же его как светильники огненные, а не как печь огненная; глас словес его как глас народа (Дан. 10, 6), а не как глас двадцати легионов ангелов. Однако же пророк пал на землю и при всем этом ничего не отвечал, пока не прикоснулось к нему подобие руки человеческой (Дан. 10, 10), и лишь когда явившийся принял человеческий облик, Даниил заговорил. И что же сказал? "От этого видения внутренности мои повернулись во мне... во мне нет силы, и дыхание замерло во мне" (Дан. 10, 16-17). Если явившийся архангел отнял у пророка голос и силу, то явление Бога оставит ли дыхание?

Итак, поскольку была опытно доказана немощь наша, Господь воспринял на Себя то, чего требовал человек. Христос пришел, чтобы креститься и освятить крещение; пришел, чтобы сотворить чудеса, ходя по водам моря; и поскольку прежде пришествия Его во плоти, когда "вышел Израиль из Египта... море увидело и побежало; Иордан обратился назад" (Пс. 113, 1, 3), то Господь принял на Себя Тело, чтобы море, увидев, удержалось и Иордан принял Его небоязненно. Вот одна причина, но есть и другая. Через деву Еву вошла смерть; надлежало через Деву же, а лучше сказать, от Девы явиться Жизни, чтобы как ту обольстил змий, так Сей благовестил архангел Гавриил. Люди, оставив Бога, сделали себе человекообразные изваяния. Поэтому когда ложно стали поклоняться человекообразному, как Богу, Бог действительно сделался человеком, чтобы истребить ложь. Диавол как орудием воспользовался против нас плотью; и, зная это, апостол Павел говорит: "В членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих" (Рим. 7, 23). Поэтому каким оружием поборол нас диавол, тем же самым мы спасены. Подобное нам воспринял от нас Господь, чтобы спасти человечество, воспринял подобное нам, чтобы оскудевшему дать большую благодать и чтобы грешное человечество вступило в общение с Богом [1, с. 176-180].

Исследуем Писание и увидим точные указания на время и место пришествия Господня. Вот пророчество ветхозаветного патриарха Иакова, сказанное Иуде, сыну своему: "Не отойдет скипетр от Иуды и законодатель от чресл его, доколе не приидет Примиритель, и Ему покорность народов" (Быт. 49, 10). Итак, пророк указал признак пришествия Христова - конец собственного правления у иудеев. Это предсказание всегда понималось в том смысле, что Примиритель, то есть Спаситель, придет тогда, когда завершится род царей из колена Иудина. А так как Ирод был первым царем в Иудее из иноплеменников (идумеян), то со времени воцарения Ирода еврейский народ ожидал Мессию; и действительно, именно в царствование Ирода родился Иисус Христос . Добавим, что на 12-м году земной жизни Спасителя иудейский царь Архелай был свержен с престола и изгнан, иудейское царство кончилось - стало частью сирийской провинции; не только "законодатель отошел от чресл Иуды", но и скипетр.

Относительно времени пришествия Мессии, кроме пророчества Иакова, известно свидетельство пророка Даниила, получившего откровение в Вавилонском плену (VI в. до Р. Х.): "Итак знай и разумей: с того времени, как выйдет повеление о восстановлении Иерусалима, до Христа Владыки семь седмин и шестьдесят две седмины; и возвратится народ и обстроятся улицы и стены, но в трудные времена. И по истечении шестидесяти двух седмин предан будет смерти Христос, и не будет; а город и святилище разрушены будут народом вождя, который придет" (Дан. 9, 25-26).

Пророчество исполнилось: Мессию распяли в 33 г. первого столетия, гнев Божий излился на Иерусалим в 70-х гг. Иерусалим был разрушен римскими легионами, жители по большей части истреблены. Иосиф Флавий пишет, что один миллион сто тысяч евреев умерли или были убиты . Иерусалимский храм был не просто осквернен, он перестал существовать, и погибли все ветхозаветные священники. Действенность и жизненность Ветхого Завета были утрачены, когда Агнец Божий был принесен в жертву на Голгофе, но еще сорок лет продолжала существовать его внешняя оболочка. В 70 г. по Р. Х. с падением Иерусалима погибла и она [2, с. 157].

"Поищем еще яснейшего указания времен пришествия,- говорит святитель Кирилл Иерусалимский,- потому что человек с трудом уверяется и, если не будут ясно вычислены самые годы, не верит тому, что говорят ему" [1, с. 181-182]. Архангел, беседующий с Даниилом, говорит: "Итак знай и разумей: с того времени, как выйдет повеление о восстановлении Иерусалима, до Христа Владыки семь седмин и шестьдесят две седмины". Шестьдесят девять седмин лет составляет 483 года. Дарий Мидянин (святитель Кирилл, вероятно, говорит о Дарии Гистаспе, или Истаспе) восстановил Иерусалим в восьмой год своего царствования и в первый год 66-й греческой олимпиады (олимпийские состязания происходили раз в четыре года и являлись календарной вехой, так как после четырех лет из часов, остающихся от каждого года, составляется целый день). Ирод воцарился в четвертый год 186-й олимпиады. А от 66-й до 186-й включительно 120 олимпиад, то есть 480 лет; оставшиеся три года заключаются именно в промежутке от первого до четвертого года. Седмина, или "шабуа", в дословном переводе означает "седмеричное время", то есть период времени, состоящий из семи равных частей. Понимать под седминой период времени в одну неделю было бы неправильно, так как сам пророк Даниил называет недели не просто седминами, а "седмицами дней" (Дан. 10, 2).

Невозможно считать седминой и период времени в один месяц, так как 490 месяцев (41 год) слишком мало для событий, описанных в последних стихах (построение города, его разрушение, разрушение храма и т. д.). Остается, таким образом, единственно возможное понимание седмин как периодов времени в семь лет. В 25-м стихе откровения Даниилу начало периода седмин определяется "повелением о восстановлении Иерусалима". Откровение о седминах относится ко времени Вавилонского плена. После падения Вавилонского царства было издано несколько указов, которые могут быть истолкованы как "повеление о восстановлении". В первом из них, изданном Киром, дается разрешение на постройку храма, но ничего не говорится о восстановлении разрушенного Иерусалима. Второй указ, Дария Гистаспа, повторяет указ Кира. Третий был дан священнику Ездре, предводительствовавшему евреями-переселенцами в 7-м году царствования Артаксеркса Долгорукого. "И что тебе и братьям твоим заблагорассудится сделать из остального серебра и золота, то по воле Бога вашего делайте" (1 Езд. 7, 18); Ездра воспользовался этим разрешением и приступил к восстановлению Иерусалима, как о том свидетельствует Неемия (Неем. 1, 3). Таким образом, началом периода седмин можно считать седьмой год царствования Артаксеркса, как год, в котором дано разрешение строить Иерусалим. В каком году вступил на престол Артаксеркс Долгорукий? Это можно определить с помощью Канона царей, или царств, Птоломея, греческого географа и астронома, жившего во II в. по Р. Х. В этом каноне даны таблицы ассирийских, мидийских, персидских, греческих и римских царей начиная с Набонассара; при имени каждого царя указано, сколько он царствовал и сколько лет прошло до последнего года его правления от первого года Набонассара. Все хронологи согласны, что первый год Набонассара начинается с 26 февраля 747 года до Р. Х. по Дионисиевскому счету (в 525 г. Дионисий Малый положил основание нашему исчислению времени от Рождества Христова). Известно также, что египетский год, положенный в основу хронологии Птоломея, имеет 365 дней. Зная это, легко определить и время царствования Артаксеркса: в каноне значится, что Артаксеркс вступил на престол в 283 г. и царствовал 41 год - по нашему летосчислению вступил на престол около 18 декабря 464 г. до Р. Х., а 7-й год его царствования продолжался до конца 458 г. Принимая во внимание, что Дионисий считал 754 г. от основания Рима годом рождения Иисуса Христа, следует признать, что 7-й год царствования Артаксеркса, то есть начало Данииловых седмин, был 296-м (754-458 = 296) годом от основания Рима. Конец первых 69 седмин ясно указан в пророчестве Даниила: до Христа Владыки, то есть до явления Христа, должно пройти 483 года начиная с 296 года от основания Рима. Складывая 296 и 483, узнаем, что конец 69 седмин и, следовательно, явление Христа должно было последовать в 779-м году от основания Рима. Святой евангелист Лука удостоверяет, что явление Иоанна Крестителя на проповедь последовало в 15-й год правления Тиберия кесаря (Лк. 3, 1), то есть в 779-м году от основания Рима,- в том самом году, как было объявлено архангелом Даниилу [6, с. 41-42]. Святитель Кирилл Иерусалимский, используя в своих расчетах древнегреческое исчисление времени по олимпиадам, приходит ко времени воцарения иноплеменника Ирода. Те же расчеты, но проверенные по Канону царей, приводят нас к году Крещения Иисуса Христа на Иордане. Если же считать седмины от указа Артаксеркса Неемии, то получим время Входа Господня в Иерусалим накануне страдания на Кресте. "От декрета о восстановлении Иерусалима 5 марта (1 нисана 444 г. до Р. Х.) до прихода Мессии в Иерусалим должно пройти 483 года (69 Х 7), причем год рассчитывается как год ветхозаветных пророков, состоящий из 360 дней, то есть 173 880 дней. Между 444 г. до Р. Х. и 33 г. по Р. Х. 476 солнечных лет. Умножая 476 на точное число дней в году (365 дней 5 часов 48 минут 46 секунд), получаем 173 855 дней 6 часов 52 минуты и 44 секунды. Между пророчеством и его исполнением лежит еще 25 дней. Добавляя их к 5 марта (444 г. до Р. Х.), мы получаем 30 марта (10 нисана) 33 г.- то есть дату торжественного входа Христа в Иерусалим" [2, с.157].

Но совершенно неоспорим тот факт, что Спаситель родился во время правления Иудеей Ирода; что, считая 483 года от указа Артаксеркса Ездре, мы получим год явления Господа нашего Иисуса Христа на Иордане, а считая те же годы от декрета Артаксеркса Неемии - год крестной смерти и Воскресения Спасителя. Какой бы из годов мы ни приняли за точку отсчета, все три главных части пророчества безусловно исполняются: по истечении 69 седмин от повеления о восстановлении Иерусалима является Мессия, Его предают смерти, а после Воскресения, по прошествии времени, приходит иноплеменный завоеватель, который разрушает Иерусалим и храм.

О месте обетования говорит пророк Михей: "И ты, Вифлеем-Ефрафа, мал ли ты между тысячами Иудиными? из тебя произойдет Мне Тот, Который должен быть Владыкою в Израиле и Которого происхождение из начала, от дней вечных" (Мих. 5, 2). И действительно, "Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода" (Мф. 2, 1). Именно Вифлеем - "дом хлеба" - стал местом рождения Того, Кто, по толкованию святых отцов, являет собою Хлеб Жизни.

Поговорим еше немного о времени, а также обстоятельствах, связанных с Рождеством Христовым. В прошлом веке подверглись критике слова апостола и евангелиста Луки относительно событий, сопутствовавших Рождеству Христову,- усомнились в словах Евангелия: "Эта перепись была первая в правление Квириния Сириею. И пошли все записываться, каждый в свой город" (Лк. 2, 2-3). Но потому и пошел Иосиф с Пресвятой Девой Марией из галилейского города Назарета в иудейский город Вифлеем, что именно таков был тогда в Римской империи порядок проведения переписи населения. Об этом говорит папирус тех лет (датируемый I в. по Р. Х.), не так давно найденный в Египте: "В связи с предстоящей переписью населения необходимо, чтобы все, кто по той или иной причине живет вне собственного дома, были готовы немедленно вернуться под власть своих правительств, чтобы всей семьей зарегистрироваться для переписи и сохранить за собой возделываемые земли, принадлежащие им" [2, с. 64].

Иосиф был из дома и рода Давидова, и согласно требованиям римского указа ему пришлось накануне рождения Спасителя со всей семьей пройти путь в 160 км из Назарета в Вифлеем. Тем самым исполнилось древнейшее пророчество. Но Дионисий Малый, полагая основание нашему времяисчислению, предполагал, что александрийская пасхалия точна, и поэтому допустил ошибку, считая годом рождения Иисуса Христа 754 г. от основания Рима. Как пишет авторитетный историк древней Церкви В. В. Болотов, "наше летосчисление не отвечает действительному, а идет на несколько лет (лет на 5-6) впереди" [7, с. 88].

Поэтому у нас не вызовет удивления утверждение апостола Луки, что Спаситель родился во время первого правления Квириния Сирией, в то время как мы знаем, что Квириний был правителем Сирии в 7 г. до Р. Х., как об этом говорится в надписи, обнаруженной в Антиохии. После этого открытия мы можем думать, что он занимал пост дважды - вначале в 7 г. до Р. Х. (747-й год от основания Рима), а затем в 6 году по Р. Х. (эту дату упоминает Иосиф Флавий) [2, с. 64].

О переписи в Иудее, производившейся при Августе, Тертуллиан упоминает как об общеизвестном факте (Adver. Mac. 4, 19), она приходится именно на 744-748-й годы от основания Рима. Астрономам известно, что на 6 год до Р. Х. приходится сближение Юпитера и Сатурна, которое можно было наблюдать в восточной стороне неба на территории Персии. "Кеплер присовокупляет, что вблизи Юпитера и Сатурна в то время находился еще и Марс и что действительно неопытным или, вернее, не учено-астрономическим глазом все эти три планеты могли быть приняты за одну необычайную звезду. Различные комбинации этих планет, имевшие место в течение некоторого времени... могли казаться движением одной необычайной звезды, и именно с востока на юг, то есть по тому направлению, по которому пришли в Иерусалим восточные мудрецы" [8, ч. 2, с. 38].

Отцы и учители Церкви видели в евангельской звезде непосредственное божественное знамение: так, святители Иоанн Златоуст и Феофилакт Болгарский полагали, что это была умная (бесплотная) сила - ангел в образе звезды, указавшей язычникам путь ко Христу. Эти, казалось бы, противоречивые суждения легко соединяются, если считать, что необычное расположение планет подвигло волхвов пойти из Персии в Иерусалим, а непосредственно к месту Рождества Христова их привел ангел в образе звезды. Так, в Евангелии от Матфея говорится, что волхвы "видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему" (Мф. 2, 2) - то есть вначале, в Персии, видели звезду, а потом пошли за ней в сторону Иерусалима, чтобы поклониться Мессии. Из дальнейшего повествования ясно, что волхвы узнали о Вифлееме как о городе, в котором родился Христос, только непосредственно в Иерусалиме (Мф. 2, 3-8). Далее написано, что звезда "шла перед ними, как наконец пришла и остановилась над местом, где был Младенец" (Мф. 2, 9), то есть точное место, где в яслях лежал Спаситель, было показано волхвам только в окрестностях Вифлеема. Остановиться над вертепом Рождества мог лишь ангел в образе звезды.

Так как история не сохранила точных указаний на год переписи, которая была в год Рождества Христова, ее даты, нам приходится опираться в своих расчетах на косвенные данные. Пленник императора Веспасиана историк Иосиф Флавий оставил ценные свидетельства о царствовании Ирода. По Флавию, в год смерти Ирода - 750-й от основания Рима - было лунное затмение, которое произвело сильное впечатление на современников; астрономы подтверждают, что оно было видно в Иерусалиме. Из Евангелия мы знаем, что смерти Ирода предшествовало избиение вифлеемских младенцев, имевших от роду два года и меньше (когда Ирод умер, Спасителю нашему было уже более двух лет). Таким образом, по всей совокупности имеющихся в нашем распоряжении сведений можно утверждать, что Иисус Христос родился до 750-го года - может быть, в 748-м году и даже ранее, в 747-м году - от основания Рима [7, с. 88-89].

Сейчас на том месте, где родился Господь наш Иисус Христос, высится величественный храм в виде креста, построенный равноапостольной царицей Еленой в IV в. по Р. Х. Над самой пещерой Рождества Христова находится главный алтарь Вифлеемского храма. С двух сторон алтаря паломники сходят по 15 мраморным ступеням в подземную церковь и с благоговением прикладываются к освещенной лампадами серебряной звезде. Звезда указывает на место рождения нашего Искупителя; она расположена в углублении, над которым находятся помост вертепа Рождества, освещенный шестнадцатью богатыми лампадами, и мраморная доска, которая служит престолом для совершения Божественной литургии. "Очистим чувствия и узрим". Очистим наш ум и уразумеем великую тайну Рождества Христова; очистим наше сердце и насладимся Его радостью. О беспредельная радость, простирающаяся от неба до земли, радость сладостная и восхитительная!

В то время когда спали люди, ангельский мир, непрестанно славящий Бога, с благоговейным трепетом взирал на совершавшееся на земле величайшее чудо. "Ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь" (Лк. 2, 11).

От кого приходит и как приходит Христос? Говорит пророк Исаия: "Итак Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве приимет и родит Сына" (Ис. 7, 14). Святитель Кирилл Иерусалимский пишет, что "женский род обязан был благодарностию мужам, потому что Ева получила бытие от Адама, не матерью будучи зачата, но как бы родившись от одного мужа. Поэтому Мария воздала долг благодарности, родив не от мужа, но одна пренепорочно от Святого Духа Божиею силой" [1, с. 189].

Каково было обручение Святой Невесты Девы? "И обручу Тебя Мне в верности" (Ос. 2, 20). "Блаженна Уверовавшая, потому что совершится сказанное Ей от Господа (Лк. 1, 45). Дева спросила архангела: "Как будет это, когда Я мужа не знаю?" - "Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя" (Лк. 1, 34-35). По толкованию святых отцов, здесь силой названо Слово - Слово Божие есть вместе и Сила Божия и Премудрость Божия. Дух Святый снизошел на чистую Деву и еще Ее очистил. В такой обновленный и богоукрашенный сосуд, получивший от действия в нем Святого Духа способность и достоинство принять в Себя Бога-Слово, низошло Слово - Бог, сделалось во утробе Девы и семенем, и плодом, вочеловечилось. По объяснению преподобного Григория Синаита, Богоматерь была тем единственным словесным сосудом, в который Бог вселился самим существом Своим. Святые, хотя и становятся по действию в них Святого Духа причастниками Божественного естества и обителями Триипостасного Бога, но совершенно иным образом, нежели Богоматерь, которая одна приняла в Себя Бога-Слово для Его вочеловечения. Такое принятие в Себя Бога очевидно исключительно, беспримерно, недоступно ни святым, ни ангелам, а одной Богоматери. Как Богочеловек для спасающихся заменил Собой Адама и сделался их родоначальником, так Божия Матерь заменила для них Собой Еву, сделалась их Матерью. Как Богочеловек есть Царь Небесный, Царь всех людей и ангелов, так Богоматерь есть Царица Небесная, Царица и людей и ангелов. Родившийся от Марии Богочеловек сделал Деву Матерью, а Матерь сохранил Девой. Бог и Творец Девы сделался ее Сыном, пребывая ее Богом и Творцом; сделавшись ее Сыном, Он сделался ее Искупителем и Спасителем [4, с. 4, 12, 13].

Для желающих услышать историческое свидетельство о Богоматери приведем слова Ее современника святого Дионисия Ареопагита, знаменитого ученого афинянина, обращенного в христианство святым апостолом Павлом. Ареопагит посетил Богоматерь, после Вознесения Господа жившую в Иерусалиме в доме святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова. Выписываем из послания святого Дионисия к апостолу Павлу: "Исповедую пред всемогуществом Божиим, пред благодатью Спасителя и пред славною честию Девы, Матери Его, что когда я был введен пред лице богообразное Пресвятейшей Девы Иоанном, главою евангелистов и пророков, который, жительствуя во плоти, сияет как солнце на небеси, то облистало меня столь великое и безмерное Божественное сияние, не только извне, но еще более просветившее внутри, и исполнился я такого предивного и разнообразного благоухания, что ни немощное мое тело, ни дух не возмогли понести таковых и толиких знамений и начатков вечного блаженства и славы: изнемогло сердце мое, изнемог дух мой во мне от Ее Божественной славы и благодати" [цит. по: 4, с. 30-31].


«Господи, во свете лица Твоего пойдем»


«Бог, по неизреченной милости Своей, призвал снова род человеческий в общение с Собою,— пишет святитель Игнатий Брянчанинов.— Это совершил Он при посредстве самого чудного, непостижимого способа. Единым из трех Лиц Своих, Всесвятым Словом, Он принял человечество, зачавшись во утробе Пресвятой Девы действием Всесвятаго Духа, устранив от Себя обыкновенное человеческое зачатие от семени мужеского,— зачатие, сообщавшее всем человекам заразу греховную.

Таким образом явился в роде человеческом непорочный Человек, каким создан праотец. Этот непорочный Человек был причастником Божественного Естества, подобно первозданному, но несравненно в большей степени: первозданный был святым по благодати человеком, а вочеловечившийся Бог соделался Богочеловеком. Все грехи человеческие Он принял на Себя. Он мог сделать это, потому что, будучи человеком, был и всемогущим, всесовершенным Богом. Приняв все человеческие грехи на Себя, Он принес Себя в искупительную жертву правосудию Божию за согрешившее человечество: Он совершил искупление, ибо мог сделать это. Неограниченно и бесконечно Святый искупил Своими страданиями и смертию многочисленные, но ограниченные согрешения человеческие... Богочеловек заменяет Собою пред Богом и весь мир, и каждого человека» [9, т. II, с. 329].

По учению Православной Церкви, вочеловечившийся Господь имел все принадлежности человека: дух, душу и тело. Дух есть разумная часть человека: его ум, его мысль, его словесные сердечные ощущения, чуждые естеству животных и общие для естества людей и ангелов. Душа выражается в жизненной силе; душе свойственны желание, или воля, и энергия, или естественный гнев, не переходящий в раздражительность (эти свойства видим и в животных). Человеческий дух Христа упражнялся молитвой и изложением словами человеческими слова Божия; Его душа выражала радость, скорбь, гнев, томление; Его Тело зачалось, родилось, питалось, возрастало, утомлялось, испытывало голод и жажду, подкреплялось сном, страдало, было распято и погребено, воскресло.

Во всех случаях оба естества Богочеловека были нераздельны; когда проявлялось естество человеческое, как бы действующее исключительно, ему нераздельно и неразлучно, хотя и не слитно, содействовало естество Божие. Богочеловек не имел греха даже в малейших его видах; Его естественные свойства не были, как у нас, изменены в страсти . Естественные свойства Христа находились в постоянном подчинении духу, а дух — под управлением Божества, соединенного с человеком.

В Нем постоянно действовала неколеблющаяся, равная сила; без ослабления и без напряжения она постоянно выражала и свое могущество, и подчиненность святой власти, руководившей ею. «Если кто вникнет в характер Иисуса Христа при разумном чтении Евангелия,— пишет святитель Игнатий,— тот по одному этому характеру исповедует Иисуса Богом, как исповедовал Его Богом апостол Петр единственно за Его слово жизни. Такого характера... постоянно одинакового, никогда не увлекающегося, не изменяющегося ни от укоризн, ни от похвал, ниже пред лицом убийц и смерти,— такого другого характера между характерами человеческими — нет».

Хотя свойства плоти Богочеловека были человеческие, но при этом они были обоженные, как принадлежащие одному Лицу, Которое и Бог и человек. По этой же причине Его человеческие свойства были одновременно и естественны, и сверхъестественны по отношению к человеческому естеству. Богочеловек как Искупительная Жертва принял на Себя все немощи человеческие — последствия падения,— кроме греха, чтобы, искупив человечество, явить его в обновленном состоянии, и явить без тех немощей, которые привлечены в наше естество грехопадением. Богочеловек воспринял и носил наши немощи произвольно, а не по необходимости естества; будучи совершенным человеком, Он был и всесовершенным Богом, Творцом и неограниченным Владыкой человеческого естества.

По этой причине Он являл Свое человечество так, как Ему было благоугодно. Иногда Он являл Свое человечество в немощи падшего естества: утомлялся, испытывал жажду, спал; был схвачен и связан в саду Гефсиманском, претерпел биение и поругание, был распят и погребен. Иногда Он являл Свое человечество в правах естества, с каким оно создано,— например, ходил по водам, въехал в Иерусалим на необъезженном осле, на которого еще не садился ни один человек. Эта власть первоначально была достоянием Адама. Иногда Господь являл Свое человеческое естество в том состоянии славы и величия, которые Он даровал человеческому естеству, совокупив в Себе, в одном Лице, Божество и человечество,— состояние, которое даже и по сотворении не имело невинное и бессмертное человечество. Это состояние величия и славы, не свойственное человеку, Он явил дивными знамениями, преимущественно же апостолам Петру, Иакову и Иоанну при Своем Преображении, явил в такой степени, в какой они способны были видеть, а не в той, в какой оно есть.

Божество Богочеловека соединено с Его человеческим духом, душой и телом, но соединено неслитно и нераздельно. Когда душа Христова разлучилась с телом посредством смерти, Его Божество было по-прежнему неразлучно как с душой, так и с телом. Тело Богочеловека имело необыкновенную стройность и красоту; как воспел о Нем пророчески святой псалмопевец Давид: «Ты прекраснее сынов человеческих; благодать излилась из уст Твоих» (Пс. 44, 3). Но телесная красота Богочеловека не производила на женский пол того впечатления, какое обычно производит на него мужская красота,— напротив, тело Христово исцеляло все страсти, и душевные и телесные. Оно всеобильно преподавало Божественную благодать всем взиравшим на Него и прикасавшимся к Нему, и мужчинам и женщинам. «От Него исходила сила,— свидетельствует Евангелие,— и исцеляла всех» (Лк. 6, 19). «И которые прикасались к Нему, исцелялись» (Мк. 6, 56).

Это то Божественное Тело, о котором Сам Господь засвидетельствовал: «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную... Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем» (Ин. 6, 54, 56) [4, с. 2—3, 6—9]. Преподобный Ефрем Сирин, «богоглаголивые уста» Церкви, пишет: «Одного и Того же исповедуем совершенным Богом и совершенным человеком. Он есть Бог-Слово, Которое бысть плоть. Ибо если Он не был плотию, то для чего выведена на среду Мария? И если не Бог Он, то Кого Гавриил именует Господом? Если не был Он плотию, Кто возлежал в яслях? И если не Бог Он, Кого славили ангелы, сшедшие с неба? Если не был Он плотию, Кто обвит был пеленами? И если не Бог Он, в честь Кого шла звезда? Если не был Он плотию, Кого носил в объятиях Симеон? И если не Бог Он, Кому говорил: ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко? Если не был Он плотию, Кого взяв, Иосиф бежал во Египет? И если не Бог Он, на Ком исполнилось сказанное: «из Египта воззвах Сына Моего»? Если не был Он плотию, Кого крестил Иоанн? И если не Бог Он, Кому Отец говорил: Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих? Если не был Он плотию, Кто взалкал в пустыне? И если не Бог Он, Кому, пришедши, стали служить ангелы? Если не был Он плотию, Кто зван был на брак в Кане Галилейской? И если не Бог Он, Кто превратил воду в вино? Если не был Он плотию, Кто брал в руки хлебы в пустыне? И если не Бог Он, Кто пятью хлебами и двумя рыбами напитал пять тысяч мужей, кроме жен и детей? Если не был Он плотию, Кто спал в корабле? И если не Бог Он, Кто запретил волнам и морю? Если не был Он плотию, с Кем вкушал Симон фарисей? И если не Бог Он, Кто отпустил грехи грешнице? Если не был Он плотию, Кто носил человеческие одежды? И если не Бог Он, то Кто исцелил кровоточивую прикосновением к одежде? Если не был Он плотию, то Кто плюнул на землю и сотворил брение? И если не Бог Он, Кто брением дал прозрение очам? Если не был Он плотию, Кто плакал при гробе Лазаря? И если не Бог Он, Кто повелел выйти из гроба четверодневно умершему? Если не был Он плотию, Кого взяли иудеи в саду? И если не Бог Он, Кто словом: Аз есмь — поверг их на землю? Если не был Он плотию, Кто предстал на суд Пилату? И если не Бог Он, Кто во сне устрашил жену Пилатову? Если не был Он плотию, с Кого совлеченные одежды делили воины? И если не Бог Он, почему с распятием Его затмилось солнце? Если не был Он плотию, Кто распят был на Кресте? И если не Бог Он, Кто поколебал землю в основаниях? Если не был Он плотию, у Кого руки и ноги пригвождены были ко Кресту? И если не Бог Он, от чего разодралась завеса церковная, расселись камни, отверзлись гробы? Если не был Он плотию, Кто висел на Кресте среди разбойников? И если не Бог Он, как сказал разбойнику: днесь со Мною будеши в раю? Если не был Он плотию, Кто, возопив, испустил дух? И если не Бог Он, от Чьего гласа многа телеса усопших святых восташа? Если не был Он плотию, Кого жены видели полагаемым во гроб? И если не Бог Он, о Ком сказали им ангелы: воста, несть зде? Если не был Он плотию, у Кого Фома осязал язвы гвоздиные? И если не Бог Он, Кто взошел дверем затворенным? Если не был Он плотию, Кто вкушал на море Тивериадском? И если не Бог Он, по Чьему повелению наполнились мрежи? Если не был Он плотию, Кого апостолы видели вземлемым на небо? И если не Бог Он, Кто взыде в воскликновении святых ангелов и к Кому вещал Отец: седи одесную Мене?» [10, с. 52—56].

Побеседуем теперь о внешнем облике Богочеловека; обратимся к свидетельствам Его современников и к преданию. В Евангелии перед нами предстает Его образ, который превосходит все, что есть в мире истинного и прекрасного. «Ум Его трезв и ясен, взор Его проницателен и решителен, суждения Его точны. То же чудесное спокойствие, с которым Он является в начале Своей общественной деятельности, сохраняется у Него до конца Его жизни» [11, с. 111].

В архиве хранится любопытный документ — донесение провинциального представителя римской власти. Хотя подлинность рукописи оспаривается, мы все же приведем этот текст, полагая, что предание сохранило близкий к истине облик Христа Спасителя. «Во времена императора Тиберия, кесаря римского при прокураторе Понтии Пилате, сенатор Публий Лентул, друг Понтия Пилата, представил сенату римскому о Спасителе нашем следующее известие: «Он высокого роста, величественного вида, а на кого Он взглянет, в том вдруг возбуждает к Себе почтение, смешанное со страхом. Он отменно строен, волосы Его зрело-каштанового цвета, гладки до ушей, а от оных до низу светлее и кудрями падают по плечам, а посреди головы разделяются на обе стороны, по обычаю назореев. Лоб — ровный и гладкий; лицо чистое, без всяких пятен и морщин, и украшено легким румянцем; нос и рот расположены очень правильно; борода такого же цвета, как и волосы на голове, несколько густая, но не длинная, раздвоившаяся посредине. Взгляд Его кроток и с важностью совершенного Человека, глаза Его небесного цвета, проницательные и живые. Он строг в обличениях, ласков и кроток в увещаниях, приятен и вместе важен в поучениях. Почти никто не видел Его смеющимся, зато многие видят Его плачущим; руки Его очень приятны. Говорит немного, но разговоры Его основательны. Одним словом, редкой красотой Своею Он превосходит всех сынов человеческих и в Нем видна Истина без всякой лести» .

В письме, написанном патриархами Иовом Александрийским, Христофором Антиохийским и Василием Иерусалимским к императору Феофилу в IX в. по Р. Х., говорится: «Император Константин позаботился изобразить Христа в таком виде, в каком Он представлен древними историками: рост высокий, брови нахмуренные, нос правильный, волосы кудрявые, стан несколько согбенный, вид благообразный, борода черная, лицо пшеничного цвета — подобно как у Матери, персты долгие, голос звучный, речь сладкая; весьма приветливый, кроткий, великодушный, терпеливый; в таких чертах представляется Богочеловеческий вид Его» [цит. по: 11, с. 339—340].

Никифор Каллист, церковный историк XIV в., тщательно собиравший тексты своих предшественников, составил следующее описание: «Рост Спасителя был около семи пальм (т. е. более 5 футов, или 2,5 аршина). Лицо Его отличалось красотою и выразительностию. Волосы русые, не слишком густые и легковолнистые; брови черные, но нисколько не нахмуренные. Смугловатые и исполненные живости глаза проливали неизъяснимую приятность. Нос был у Него продолговатый, борода русая и не очень длинная. Волосы Он имел долгие; никогда ножницы не восходили на главу Его; никакая рука человеческая не касалась их, разве рука Матери во время Его детства. Голову носил Он несколько наклонно, и от этого рост Его казался не так высок. Цвет лица Его подходил к цвету пшеницы... Вид Его выражал важность, мудрость, кротость и милосердие. Наконец, Он во всем походил на Божественную и непорочную Свою Матерь» (там же).

Самое древнее изображение Господа нашего Иисуса Христа находится в римских катакомбах, в часовне святого Климента. «Спаситель... представлен здесь в бюсте с лицом овальным, несколько продолговатым, вида важного, приятного и задумчивого, с бородою короткою и редкою, с волосами, посреде чела разделенными на две стороны и падающими на плечи; совершенно таким же, каким Он изображен на пяти гробницах Ватиканского кладбища, коих стиль и отделка принадлежат, по всей вероятности, к веку Юлиана» (IV в. по Р. Х.) (там же, с. 341).

Тот же автор приводит описание Спасителя, сделанное Пилатом: «Донесено мне было (Пилат в первый раз увидел Его на проповеди к народу), что это Иисус; но я помимо донесений узнал бы Его: так Он резко отличался от Cвоих слушателей... Золотистый цвет Его волос головы и бороды отбрасывал какой-то особенный цвет и на Его лицо. Никогда я не видал взгляда и лица, которые дышали бы таким миром...» [8, с. 193—194].

«Сияние и величие Божества, сокрытое во плоти,— говорит блаженный Иероним,— просвечивало на Его лице и придавало Ему привлекательность, которая покоряла всех, кто имел счастие созерцать Его» [цит. по: 11, с. 343]. «Хвала Тому, Кто снисшел к нам в человеческом естестве! Хвала Невидимому, ради нас соделавшемуся видимым!.. Хвала Сокровенному, Которого никакой ум постигнуть не может и Который по благодати Своей соделал Себя осязаемым чрез воплощение!» [10, с. 245].


«Яко овча на заколение ведеся»


Спаситель наш Господь Иисус Христос искупил от греха и погибели весь человеческий род: за нас умер не простой человек, но Единородный Сын Божий. Подумайте, ведь грех Адама - первого человека - имел такую силу, что нанес смерть всему миру, и «если преступлением одного смерть царствовала»(Рим. 5, 17), то правдой единого Христа теперь воцаряется жизнь!

И если тогда, в древности, за вкушение с древа познания первые люди были изгнаны из рая, то теперь верующие входят в рай посредством Иисусова древа — Животворящего Креста Господня!«Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились. Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас. Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих» (Ис. 53, 5-7).

«Всякое деяние Христово - похвала вселенской Церкви; но похвала похвал - крест», - пишет святитель Кирилл Иерусалимский. «Не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа», говорит апостол Павел (Гал. 6, 14). Потому что за нас умер не простой человек, а вочеловечившийся Сын Божий. Многие были распяты, но никого из них не боятся демоны; увидев же одно крестное знамение распятого за нас Христа, демоны приходят в ужас, потому что другие распятые умерли за собственные грехи, а Он умер за грехи всего мира. «Не сделал греха, и не было лжи в устах Его»,— читаем у пророка Исаии (Ис. 53, 9). Пилат, осудивший Его, говорит: «Я при вас исследовал и не нашел человека сего виновным ни в чем» (Лк. 23, 14) и еще: «Невиновен я в крови Праведника Сего» (Мф. 27, 24). И разбойник говорит на кресте: «Мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал» (Лк. 23, 41).

Безгрешный Сын Божий пострадал за всех людей добровольно. Он предсказал о страдании: «Через два дня будет Пасха, и Сын Человеческий предан будет на распятие» (Мф. 26, 2). Его предал Иуда после того, как пил из чаши благословения — за спасительное питие пожелал пролить кровь праведную. Ядущий «хлеб Мой, поднял на Меня пяту»,— пророчествовал об этом псалмопевец Давид за десять столетий до Христа (Пс. 40, 10). «Сын Человеческий идет, как писано о Нем, но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы этому человеку не родиться. При сем и Иуда, предающий Его, сказал: не я ли, Равви? Иисус говорит ему: ты сказал» (Мф. 26, 24—25). Обличенный Иуда выходит. И тогда Иисус сказал: «ныне прославился Сын Человеческий» (Ин. 13, 31). Спаситель признал Крест Своей собственной славой, и мы «проповедуем Христа распятого» (1 Кор. 1, 23), проповеданного пророками.

«Выслушав от меня свидетельства, запечатлей их в сердце,— продолжает святитель Кирилл,— но поскольку их много, то сколько будет возможно выслушай немногие главнейшие и будь трудолюбив, отыщи остальные. Пусть твоя рука не только будет простерта для принятия, но и готова на делание. Бог все дарует».

Начнем тем, с чего началось страдание. Пришел предатель Иуда, глаголал «мирная» (Пс. 34, 20) и уготовлял «лукавые замыслы» — «уста их мягче масла, а в сердце их вражда; слова их нежнее елея, но они суть обнаженные мечи» (Пс. 54, 22). «Радуйся, Равви»,— сказал Иуда (Мф. 26, 49), и предал Учителя на смерть; не устыдился Того, Кто напоминал ему: «Иуда! целованием ли предаешь Сына Человеческого?» (Лк. 22, 48). Писание предузнало об этом: «Они отвесят в уплату Мне тридцать сребреников» (Зах. 11, 12).

Какая точность в пророчестве, сказанном за много веков до события! Иисуса связали и ввели во двор первосвященника — и это есть в Писании. Пророк Исаия говорит: «Горе душе их! ибо сами на себя навлекают зло» (Ис. 3, 9), «рекше: свяжем Праведнаго, яко непотребен нам есть» (Ис. 3, 10). В готовности предстояли ангелы, говоря: «Расторгнем узы их» (Пс. 2, 3), но Владыке угодно было претерпеть страдания [1, с. 193—204].

«Сие же все было, да сбудутся писания пророков. Тогда все ученики, оставив Его, бежали. А взявшие Иисуса отвели Его к Каиафе первосвященнику, куда собрались книжники и старейшины» (Мф. 26, 56—57). Собственное имя этого первосвященника было Иосиф, а Каиафа (что значит «угнетение», второе значение «скала») было прозвание или фамилия. Каиафа получил первосвященство через римского правителя в Иудее Валерия Грата около 25 г. по Р. Х. В 36 г. римский проконсул Виттелий поставил на это место Ионафана (сына прежнего первосвященника Анны, или Анана, тестя Каиафы) [8, с. 235]. «Первосвященники и старейшины и весь синедрион искали лжесвидетельства против Иисуса, чтобы предать Его смерти, и не находили; и, хотя много лжесвидетелей приходило, не нашли» (Мф. 26, 59—60).

«Восстали на Меня свидетели неправедные» (Пс. 34, 11). «Иисус молчал. И первосвященник сказал Ему: заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий? Иисус говорит ему: ты сказал; даже сказываю вам: отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных» (Мф. 26, 63—64). «Тогда первосвященник разодрал одежды свои» (Мф. 26, 65), и «плевали Ему в лице и заушали Его; другие же ударяли Его по ланитам» (Мф. 26, 67). «Сие ли воздаете вы Господу, народ глупый и несмысленный?» (Втор. 32, 6). «Я предал хребет Мой биющим и ланиты Мои поражающим; лица Моего не закрывал от поруганий и оплевания» (Ис. 50, 6).

Спаситель как бы говорит нам: «Предвидев, что Меня будут бить, не уклонил Я ланиты Своей. Потому что мог ли бы сделать учеников готовыми на смерть за истину, если бы убоялся сего Сам?» Он — Сын Божий — прежде Сам терпеливо пострадал от людей, чтобы мы не стыдились ради Него терпеть подобное [1, 204—205]. «Когда же настало утро, все первосвященники и старейшины народа имели совещание об Иисусе, чтобы предать Его смерти; и, связав Его, отвели и предали Его Понтию Пилату, правителю» (Мф. 27, 1—2).

С того времени как иудеи покорились Риму, верховное судилище (синедрион) не имело права приводить в исполнение смертные приговоры без утверждения римской власти. Следовательно, по осуждении Господа на смерть первосвященникам надо было испросить согласие тогдашнего прокуратора, а потом предать Его стражам храма и слугам на побиение камнями или какую-либо иную отечественную казнь. Но первосвященники предпочли отослать Осужденного к прокуратору, чтобы он приказал казнить Его по римским законам. Здесь видна фарисейская расчетливость: совершение казни по приговору синедриона обратило бы народный гнев против первосвященников и фарисеев, тогда как римского правительства все боялись.

Для врагов Иисуса Христа в предании Его Пилату была еще и та выгода, что прокуратор мог осудить Его на самую позорную смерть — распятие на кресте; такая казнь определялась только римскими законами. Между тем надлежало исполниться и предсказанию Господа о том, что Его предадут в руки язычников, которые осудят Его на распятие. По словам святителя Иннокентия Херсонского, во всей истории страданий Христовых мы будем видеть, как естественные, по-видимому, обстоятельства складывались таким образом, что против воли врагов Иисусовых на Нем исполнились предсказания древних ветхозаветных пророков и Самого Богочеловека [12, ч. IV, с. 35].

Связанный Иисус от Каиафы приведен к Пилату. И об этом написано? Читаем у пророка Осии: «И связавше Его... отведоша в дар царю» (Ос. 10, 6). Пилат, «узнав, что Он из области Иродовой, послал Его к Ироду, который в эти дни был также в Иерусалиме» (Лк. 23, 7). Ирод Антипа был тогда царем и находился в Иерусалиме; обратим внимание на точность пророка, сказавшего, что послан был в дар. «И сделались в тот день Пилат и Ирод друзьями между собою, ибо прежде были во вражде друг с другом» (Лк. 23, 12).

«Тому, Кто имел умиротворить землю и небо, прилично было прежде всего примирить осудивших Его,— пишет святитель Кирилл Иерусалимский,— потому что здесь был Сам Господь, изменяющий «сердца князей земных» (Иов 12, 24)». «Иисус же стал пред правителем. И спросил Его правитель: Ты Царь Иудейский? Иисус сказал ему: ты говоришь. И когда обвиняли Его первосвященники и старейшины, Он ничего не отвечал. Тогда говорит Ему Пилат: не слышишь, сколько свидетельствуют против Тебя? И не отвечал ему ни на одно слово, так что правитель весьма дивился» (Мф. 27, 11—14).

До 1961 г. были известны лишь литературные источники, в которых упоминался Пилат. При раскопках в средиземноморском порту Кесарии, бывшей когда-то римской столицей Палестины, археологи обнаружили латинскую надпись размером 70 на 100 см. Вот ее текст: «Понтий Пилат, префект Иудеи, представлял Тиберия Кесарийцам» [13, с. 48].

Понтий Пилат был прокуратором Иудеи, Самарии и Идумеи, то есть занимал должность, которая ограничивалась сбором государственных податей; однако он исполнял и обязанности претора: решал все спорные дела и выносил смертные приговоры. Такое совмещение прав практиковалось в провинциях, куда не почитали нужным посылать особых преторов и проконсулов. На должность прокуратора в основном назначались люди всаднического достоинства, иногда из вольноотпущенных (Пилат принадлежал к сословию всадников).

Как и начальники, занимавшие более важные посты, они назывались игемонами или правителями. В течение всего года иудейские прокураторы жили в Кесарии, но на пасху и другие праздники они переселялись в Иерусалим для ближайшего надзора за порядком [12, ч. IV, с. 52—53]. Современник Пилата Филон говорит о нем как о человеке с непреклонным нравом, неприветливом и черством и ставит ему в вину подкупность, насилия, грабежи и злоупотребления, обиды, постоянные казни без постановления приговора, бесконечные и невыносимые жестокости (Philo. De legatione ad Cajum, p. 38).

«Ибо поистине собрались в городе сем на Святаго Сына Твоего Иисуса, помазанного Тобою, Ирод и Понтий Пилат с язычниками и народом Израильским» (Деян. 4, 27). «Дивись судимому Господу,— говорит святитель Кирилл.— Терпит Он ведомый и влекомый воинами; Пилат сидит и судит, а Седящий одесную Отца предстоит и судим. Народ, избавленный Им из земли египетской и многократно избавляемый в других случаях, вопиет против Него: «возьми, возьми, распни Его!» (Ин. 19, 15). Потому пророк с изумлением говорит о том: «Над Кем вы глумитесь? против Кого расширяете рот, высовываете язык? не дети ли вы преступления, семя лжи» (Ис. 57, 4)» [1, с. 205—206].

«Тогда Пилат взял Иисуса и велел бить Его. И воины, сплетши венец из терна, возложили Ему на голову, и одели Его в багряницу, и говорили: радуйся, Царь Иудейский! и били Его по ланитам» (Ин. 19, 1—3). «Одели Его в багряницу». Накинутая на истерзанное тело Господа багряная хламида была обыкновенным солдатским плащом из довольно грубой материи, окрашенной в красный цвет коккусом [14, с. 151, 152].

Истязание, которому Пилат приказал подвергнуть Господа Иисуса Христа, было не иудейское, а римское — это бичевание, очень часто применявшееся у римлян. Осужденных били ременными плетями, к концам которых прикреплялись острые костяные иглы или куски свинца. Перед бичеванием с истязуемого снимали одежду и нагого привязывали к низкому столбу таким образом, чтобы тело было в согнутом положении. Били не только по спине, но и по груди, лицу, даже по глазам. Присутствовавшие при бичевании, говорит церковный историк Евсевий, приходили в ужас, видя, как растерзывали тело до самых нервов, так что члены истязуемого лежали совершенно разбитые и были видны даже внутренности.

В распоряжении иудейского прокуратора не было ликторов, как правило исполнявших роль палачей при проконсулах и преторах, и Пилат приказал бичевать Господа Иисуса Христа своим солдатам. Орудиями в данном случае служили не прутья, обычная принадлежность ликторов, а бичи из ремней (флагелум, флагрум). Местом истязания служило особое отделение при претории, то есть двор, специально предназначенный для этого, на котором стоял столб бичевания — обычная и необходимая принадлежность всякой римской претории [8, с. 391—392].

«Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих» (Ис. 53, 7). Существует предположение относительно того, почему именно таким образом воины надругались над Спасителем. Приведем отрывок из книги Н. Бутакова «Святая Плащаница Христова»: «Еще до 1939 г. шли большие археологические работы в Иерусалиме, подступая вплотную к монастырю Сионской Богоматери, построенному, как оказалось, на развалинах римской цитадели Иерусалима, где находился Лифостратон, судилище Пилата . С позволения монахинь стены монастыря были укреплены и раскопки продолжались под монастырем. Археологи расчистили сначала самое судилище и обнаружили ведущую вниз каменную монументальную лестницу. Раскопанная в свою очередь, она ведет в большой зал, как бы внутренний двор, который и есть та претория, о которой пишут евангелисты. Археологи расчистили и ее от хлама камней и обломков, засыпавших ее веками войн и разрушения. Водружены были на свои места каменные светильники, найденные на полу и озарявшие истязания Христа Спасителя. Тут Его избивали, тут на Него надели багряницу, тут Его венчали шипами, тут глумились над Ним и мучили Его, тут били палкой по лицу. В этой претории, этой римской цитадели, воины стояли на часах, а во внутреннем ее дворе легионеры располагались на отдых в такой близости, что могли быть вызваны с Лифостратона. Они там проводили время в азартных играх, шутках и брани. При раскопках вместе с оружием были найдены многие костяные кубики, которыми воины метали жребий. На очищенных плитах каменного пола нашли выгравированную игру василевса, или базиликуса, то есть императора. Четырнадцатый день Нисана, день, в который Христос Спаситель был истязуем, был весьма близок к весеннему равноденствию, когда происходили римские игры... к числу которых и принадлежала игра базиликуса. Часть игры заключалась в том, чтобы взять по жребию одного из воинов, облечь его в багряницу, дать ему палку (трость), как скипетр, и провести его по всем выгравированным стадиям игры до места, отмеченного буквой «В» (базиликус — василевс), измучить его там, среди насмешек и глумлений, и заколоть насмерть. Кругообразная гравировка на полу этого зала, где Христос «Царь Иудейский» оказался узником «всего полка», отмечает ход этой жестокой игры и заканчивается буквой «В», куда и поставили попавшуюся им Жертву. Багряница была готова для наступающей сатурналии. Василевс, «Царь Иудейский», оказался у них в когтях, нет нужды прибегать к жребию. Игра была сыграна. Но потому, что Этому Узнику предназначалась другая смерть, глумление, издевательства и побои были удвоены в своей ярости. Было холодно, как и накануне, во дворе первосвященника. У огня лежала груда терновника — растопок. В завершение сатурналии василевсу сплели венок из этих терний, чтобы еще слаще насытиться Его мучениями» [15, с. 26—27].

В Соборе Парижской Богоматери хранится реликвия, которую по преданию считают терновым венцом Спасителя: это кольцо, сплетенное из пучков тростника, с внутренним диаметром 210 мм и толщиной в разрезе 15 мм. Пучки связаны из стеблей по 15 или 16 вместе. Ветви терновника с шипами, изломанные и согнутые по направлению к середине, чтобы придать вид шапочки, прикреплены своими концами частью к внутренней, частью к наружной стороне тростникового кольца. Ветви пропустили сквозь прутья тростника сверху вниз и снизу вверх [16, с. 454].

Вернемся к нашему повествованию. Окружив Христа, солдаты издеваются над Ним: Господь для них посмешище, Владыка поруган ими. «Я стал для них посмешищем: увидев Меня, кивают головами» (Пс. 108, 25). «Виден, однако же, образ царского сана,— замечает святитель Кирилл.— Ругаются, но и преклоняют колена, распинают воины, но, облекши прежде в порфиру, и на главу Его возлагают венец... Всякий царь провозглашается воинами: надлежало, чтобы и Иисуса прообразовательно увенчали воины... Но и венец был тайною, потому что служил разрешением грехов, отменением приговора. Адаму произнесено осуждение: «проклята земля за тебя... терние и волчцы произрастит она тебе» (Быт. 3, 17, 18). Посему Иисус приемлет на Себя терние, чтобы уничтожить осуждение. Для того погребен и в земле, чтобы проклятая земля вместо проклятия прияла благословение» [1, с. 206—207].

«Пилат опять вышел и сказал им: вот, я вывожу Его к вам, чтобы вы знали, что я не нахожу в Нем никакой вины. Тогда вышел Иисус в терновом венце и в багрянице. И сказал им Пилат: се, Человек! Когда же увидели Его первосвященники и служители, то закричали: распни, распни Его! Пилат говорит им: возьмите Его вы, и распните; ибо я не нахожу в Нем вины. Иудеи отвечали ему: мы имеем закон и по закону нашему Он должен умереть, потому что сделал Себя Сыном Божиим. Пилат, услышав это слово, больше убоялся. И опять вошел в преторию и сказал Иисусу: откуда Ты? Но Иисус не дал ему ответа. Пилат говорит Ему: мне ли не отвечаешь? не знаешь ли, что я имею власть распять Тебя и власть имею отпустить Тебя? Иисус отвечал: ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше; посему более греха на том, кто предал Меня тебе.С этого времени Пилат искал отпустить Его. Иудеи же кричали: если отпустишь Его, ты не друг кесарю; всякий, делающий себя царем, противник кесарю» (Ин. 19, 4—12).

И тут Пилат понял, что иудеи готовы перенести дело в Рим, а ему придется оправдываться перед кесарем. Несомненно, Пилат хотел быть справедливым судьей в деле Иисуса, но только не такой ценой: он страшился прогневать императора. Надо заметить, что своим положением Пилат был обязан покровительству Сеяна, фаворита императора Тиберия. Но к тому времени, когда Иисус предстал перед прокуратором, Сеян уже был в опале; если бы на Пилата был получен донос, искать защиты было бы не у кого [17, с. 109].

«Тогда наконец он предал Его им на распятие» (Ин. 19, 16). Земной судья вынес смертный приговор Судие живых и мертвых . Беззаконным осуждением Иисуса Христа на смерть Пилат не избежал опасности, которой страшился. Через четыре года, при императоре Калигуле, он был вызван в Рим для разбора жалоб, принесенных иудеями. Он не сумел оправдаться и был заточен в Виенне (Галлия), где покончил жизнь самоубийством.

Немногим лучше была участь другого судьи Иисусова, Ирода Антипы: подстрекаемый Иродиадой, он добивался власти над всей Иудеей, но безуспешно — Ирод также окончил жизнь в Галлии, в Лионе, куда был отправлен в ссылку. «Образ суда над Иисусом Христом со всею точностию выражает, как премудро промысл управляет деяниями человеческими,— пишет святитель Иннокентий Херсонский,— как он, не нарушая свободы человеческой, приводит в исполнение свои судьбы посредством тех самых лиц, кои противятся сему исполнению.

По-видимому, все происходило случайно; каждый действовал по своей воле, даже по страстям, самым противоположным: сребролюбивый Иуда получает сребреники, честолюбивый синедрион отмщает за оскорбленную гордость, прихотливый Ирод хочет видеть чудо, человекоугодливый Пилат страшится кесаря, грубые воины предаются насмешкам: между тем запечатлеваются видения и пророки, приводится правда вечная, истребляется помазание, город и святилище Иудейское предобручаются разрушению (Дан. 9, 24, 26)» [12, ч. IV, с. 135—136].


«И распяша Его»


«Жизнь всегда даруется древом... Ибо оживотворение при Ное — деревянным ковчегом; при Моисее же море, узрев образ креста, убоялось ударившего по водам. Столько силы имел жезл Моисеев; ужели же не силен Крест Спасителев? — пишет святитель Кирилл Иерусалимский.— Веру в Крест воздвигни как победный памятник над прекословящими. Ибо, как скоро намереваешься о Кресте Христовом состязаться с неверным, сотвори сперва рукою крестное знамение, и прекословящий онемеет. Не стыдись исповедать Крест, потому что ангелы хвалятся, говоря: знаем, кого ищете, Иисуса распятого (Мф. 28, 5). Разве не мог сказать ты, ангел: знаю, кого ищете, моего Владыку? Напротив того, с дерзновением говорит: знаю Распятого; потому что Крест — венец, а не бесчестие...

Смотри же, не отрекись когда-либо во время гонения. Не в мирное только время веселись о Кресте, но и во время гонений имей ту же веру... Теперь приемлешь оставление согрешений твоих и дарование духовного царского дара. Когда наступит брань, мужественно подвизайся за Царя своего. За тебя распят безгрешный Иисус, и ты ли не распнешься за Того, Кто за тебя распят? Не милость оказываешь, потому что сам получил ее прежде; напротив того, воздаешь за милость, возвращая долг Распятому за тебя на Голгофе» [1, с. 209—211].

«Пилат говорит им: что же я сделаю Иисусу, называемому Христом? Говорят ему все: да будет распят. Правитель сказал: какое же зло сделал Он? Но они еще сильнее кричали: да будет распят. Пилат, видя, что ничто не помогает, но смятение увеличивается, взял воды и умыл руки перед народом, и сказал: невиновен я в крови Праведника Сего; смотрите вы» (Мф. 27, 22—24). При этом Пилат, вероятно, сказал: «Иди, воин, приготовь крест»,— эти слова произносили при осуждении на смертную казнь. Римские кресты были трех видов. Трехконечный, в виде буквы «Т», собирали из длинной толстой доски (или столба) и короткой перекладины наверху, к которой прибивали руки. Большей частью употреблялся крест четырехконечный: его основанием также служил прямой столб, но перекладина приделывалась ниже верха столба, а над головой распятого укрепляли табличку, объявлявшую о его преступлении. Пятиконечный отличался от последнего тем, что к середине столба у него была приделана «седекула» — похожий на рог деревянный гвоздь, кол, на котором сидел распятый (сидел, как едущий верхом на лошади). Был четвертый вид креста в виде буквы «Х», называемый «крест на крест», но он редко употреблялся. На трехконечном кресте негде прикрепить надпись, следовательно, Крест Христа не был трехконечным. «Равным образом нужно думать, что жестокость... распинателей не доставила Божественному Страдальцу и того малого облегчения, какое прочие распятые могли иметь в седалище, и поэтому Крест Христа не был пятиконечным» [8, с. 400—402].

На четырехконечный крест указывают и дошедшие до нас реликвии: cамое древнее изображение четырехконечного креста из катакомб cвятой Люциллы; найденное в катакомбах изображение христианина с четырехконечным крестом (имеющим форму +) на челе; так называемый крест Константина Великого, хранящийся в ризнице московского Успенского собора и присланный в Россию с горы Афон в дар царю Федору Иоанновичу; крест, изображенный на потире Антония Римлянина; кресты на некоторых старинных омофорах и куполах (вообще с V в. четырехконечный крест становится общеупотребительным). А главное — крест, которым мы осеняем себя на молитве; древность этого невещественного памятника восходит к началу христианской Церкви, а вид, без всякого сомнения, повторяет вид Креста Христова: могли ли апостолы и ближайшие их преемники заповедать верующим иное крестное знамение взамен точного подобия Честнаго Креста Господня?

По достоверным указаниям древних римских писателей, крест, «несчастное дерево», делали из деревьев, считавшихся у язычников «несчастными», проклятыми,— терновника, черной смоковницы, дикой сосны. На Кресте, сделанном из одной из этих пород дерева, распяли Спасителя: если бы в самом Кресте было что-либо необычное, святые евангелисты не оставили бы это без замечания — как не преминули упомянуть о новом гробе, в котором было положено пречистое тело Богочеловека, и о всем другом необыкновенном в обстоятельствах Его страданий и смерти. Вспомним историю обретения святого Креста: он был найден вместе с двумя другими крестами, и без чудесного указания Божия (при возложении Креста на тело умершего покойник воскрес) не мог быть узнан и, значит, внешне ничем не отличался от обычного орудия казни.

Возможно, Крест был сделан из оливкового дерева. Недавно на аукционе в Париже была продана частица Креста Господня; «официальные документы Иерусалимской патриархии и Ватикана подтверждают, что речь идет о подлинном фрагменте. Анонимная покупательница заплатила 100 тысяч франков... Под номером 322 на торги была выставлена... христианская реликвия — небольшой медальон, размером с пятикопеечную монету, с двумя кусочками оливкового дерева, сложенными в форме креста... История реликвии такова: в 1856 году патриарх Иерусалимский подарил жене Э. Тувенеля, министра иностранных дел при дворе Наполеона III, эту святыню. К святыне прилагался специальный сертификат, выданный Ватиканом и удостоверяющий ее подлинность» (см. номера газеты «Труд» от 14 мая и 10 июня 1993 г.).

Почему же в церковных песнопениях Крест Господень часто называется Крестом из кипариса, певга (пихты) и кедра? «Древо Креста Господня называется: кедровым, потому что Крестом прогоняются демоны и злые помышления, как кедром прогоняются змеи, не могущие выносить его запаха; кипарисовым потому, что силою крестною укрепляемся на терпение в скорбях и печалях и пребываем непоколебимы, как кипарис при самых сильных ветрах остается цел и невредим в своей зеленой красоте, не теряя ни ветвей, ни хвои; певговым потому, что силою распятого Христа Крест врачует внутреннюю человеческую болезнь душевную, которую наносит человеку согрешившему совесть, обличающая его и грызущая, подобно как певг исцеляет болезни внутренние и телесные. В этом таинственном смысле могли церковные песнописцы назвать Крест Господень кедром, певгом и кипарисом не потому, чтобы он был сделан из кедра, певга и кипариса, а потому, что от него происходят действия вышеестественные, подобные естественным действиям кедра, певга и кипариса» [8, с. 403].

Со времени обретения в 326 г. честного и животворящего древа Креста Господня равноапостольной царицей Еленой мы ежегодно совершаем праздник Воздвижения Креста Господня. Начиная с VII в. с этим днем стали соединять празднование, посвященное возвращению Животворящего Креста из Персии (это событие произошло в 629 г., при греческом императоре Ираклии). Как при обретении, так и при поставлении Креста, возвращенного из Персии, патриарх воздвигал (то есть поднимал) Крест, обращая его ко всем четырем странам света, чтобы дать возможность всем собравшимся на торжество видеть святыню, при чем всякий раз народ благоговейно преклонялся, взывая: «Господи, помилуй!»

«Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых,— сила Божия» (1 Кор. 1, 18). «Не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира» (Гал. 6, 14).

Нам, видевшим распятие только в храме, часто невдомек, насколько это была изощренная и лютая казнь, какие ужасные страдания претерпел ради нас Человеколюбец. Мы уже говорили, что распятию обычно предшествовало бичевание. Как и все прочие казни, оно производилось вне городов и селений, на видном месте — на холме или при большой дороге. Исполнителями были римские воины. С распинаемого снимали одежду, которая поступала в собственность палачей. Погребения для распятых не было: тела оставались висеть на крестах — на съедение зверям и птицам; лишь иногда родственникам позволялось хоронить их. «В случае нужды (при наступлении праздника, торжества и проч.) жизнь распятых могла быть по закону сокращаема перебитием у них ног, дымом и жаром от запаленного под крестом хвороста».

Страдания казнимых были ужасны. Из-за неестественного положения тела с простертыми вверх пригвожденными руками малейшее движение, необходимое для жизни, сопровождалось нестерпимой болью... А ведь известно, что несчастные жили до трех, а иногда до шести и более дней. С мучением их могло сравниться только их бесчестье. Наименование крестоносца было выражением крайнего презрения. За тяжкое преступление жестокий господин приказывал надеть на раба крестообразное ярмо, и в таком позорном виде наказанного водили по улицам — это означало, что отныне он становился жертвой всеобщего и постоянного презрения [12, ч. V, с. 4—5, 7—8].

Изучая материалы о крестной казни, французский врач Пьер Барбье пришел к выводу, что вместо крестообразного ярма вначале использовалась так называемая фурка — кусок дерева в форме перевернутого латинского «V», на который устанавливали оси двухколесных экипажей. Когда раба наказывали, ему на шею надевали, как хомут, эту фурку, руки привязывали к доскам и в таком виде вели по улице, при этом его заставляли во всеуслышание рассказывать о своем проступке. Однако так как фурка не всегда оказывалась под рукой, вместо нее стали использовать длинный деревянный брус (патибулум), которым обычно запирали двери; он весил около 50 килограммов [15, с. 56].

Вообще казнь через распятие была настолько жестока и позорна, что сам Цицерон не находил слов для ее описания. Он именем отечества требовал, чтобы не только тело, но, если можно, зрение и слух, даже само воображение римского гражданина было свободно от изображения креста.

Подходя наконец к описанию распятия и смерти Богочеловека, признаемся, что не без душевного трепета приступаем к сему делу: мы будем повествовать о том, что служит предметом благоговейного удивления самих ангелов. Творец видимых и невидимых, Который мог призвать, даже сотворить легионы ангелов для исполнения Своей воли, возносится на Крест подобно преступнику и подвергается ужасным мукам! Господь всяческих, имеющий жизнь в Самом Себе, дающий бытие всему сотворенному, томится от жажды, умирает подобно последнему из сынов человеческих!

Для чего наш Спаситель, Господь Иисус Христос, благоволивший пострадать за весь род человеческий, из всех родов смерти выбрал не какую-то другую, а самую позорную, крестную смерть? Почему не уклонился от нее? Святитель Афанасий Великий отвечает: «Если бы Спаситель сделал это, тогда бы навел на Себя подозрение, что Он не всякий род смерти мог вынести, но только тот, который избрал Сам». Блаженный Августин говорит: «Тот, Который должен был умертвить всякую смерть, избрал самый последний и низкий род смерти». «Христос,— пишет Афанасий Великий,— не принял смерти Иоанна Крестителя, которому отсекли голову, ни смерти пророка Исаии, который был перепилен пилой, чтобы и в смерти сохранить без разделения, целым Тело Свое и через это отнять повод у тех, которые захотели бы раздирать на части Церковь Его». Тот, кто висит на Кресте, виден всем; Крест был избран, чтобы показать, что Христос будет так славен и превознесен, что со всего мира к Нему стекутся народы, познают Его и поклонятся Ему. Нет ни одной страны, где бы страдания и величие славы Искупителя не были известны. На Кресте Спаситель распростер Свои руки и объял всю вселенную, и к Нему собирается великий народ, составленный из всех племен, осеняющий свое чело этим великим и высоким знамением Креста.

Так же как четыре оконечности креста соединяются в середине, Божией силой держится высота, глубина, долгота и широта, то есть все творение видимое и невидимое. Вися на воздухе, Христос покорил воздушные силы; Он, как говорит пророк Исаия, весь день держал простертыми руки Свои на древе для людей, чтобы победить непокоряющихся и призвать к Себе верующих; той же частью Креста, которая находилась в земле, Спаситель покорил царство преисподней. Господь пригвождается на древе, чтобы так же, как в раю человек был прельщен древом сластолюбия, так и ныне был спасен древом, чтобы то, что было причиной смерти человека, сделалось орудием его спасения.

Христос пришел для того, чтобы на Себе понести наши смертные грехи и наше проклятие. Но как Он мог бы вместо нас принять на Себя проклятие и послужить удовлетворению за наши смертные грехи перед Богом, если бы не принял смерти, подобающей проклятому? А это и есть Крест — ибо в Писании сказано: проклят всякий, висящий на древе (Втор. 21, 23). «Следовательно, не без причины принял такую смерть Господь. Будучи вознесен на Крест, Он очистил воздух от всякого диавольского и демонского нападения, как и Сам сказал: «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк. 10, 18). Таким образом он очистил и возобновил непроходимый на небеса путь» [18, с. 56—57].

«Ныне суд миру сему; ныне князь мира сего изгнан будет вон. И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе. Сие говорил Он, давая разуметь, какою смертью Он умрет» (Ин. 12, 31—33). Когда знаменуешься крестом, подумай о великой силе Креста и угаси ярость и все прочие страсти. «Когда знаменуешься крестом,— говорит святитель Иоанн Златоуст,— пусть твое чело будет исполнено дерзновения и пусть душа твоя почувствует себя свободной. Ибо не перстом следует полагать крест, но прежде всего свободным произволением с горячею верою. И когда ты осенишь лицо твое крестным знамением, к тебе не может подойти близко ни один из нечистых духов, потому что он увидит пред собою меч, который причинил им смертельную рану. Если мы приходим в ужас, видя места, где казнят осужденных, подумай, какие мучения будут испытывать диаволы и бесы, видя оружие, которым Христос разрушил все их могущество, поразил главу змия» (там же, с. 60).

Зная хитрость дьявола, в прежние времена христиане очень осторожно относились ко всем странным и новым явлениям. Но в век технического прогресса большинство людей начало испытывать любопытство к таким вещам и даже гоняться за ними — по выражению современного духовного писателя иеромонаха Серафима Роуза, «сдав дьявола в архив» и поместив его в область полуфантастических выдуманных явлений. Напротив, православный христианин понимает, что он живет в падшем мире; чувствует себя частью страждущего человечества, потомком Адама; знает, что все люди одинаково нуждаются в искуплении, которое предлагается человеку Самим Сыном Божиим в Его Крестной Жертве. Но он знает также, что кроме него самого во Вселенной есть «развитые умы», и стремится жить так, чтобы жительствовать с теми из них, которые служат Богу — ангелами, и избегать какого-либо контакта с другими, которые отвергли Бога и стремятся в зависти и злобе вовлечь в свое нечестие человека, то есть с демонами. Он понимает, что человек в своем самолюбии и немощи может легко впасть в ошибку и склонен верить разным сказкам, которые сулят контакт с «высшими существами» без трудов и борения христианской жизни. На самом деле это есть бегство от христианской жизни. Сколько сообщений о НЛО появляется в газетах! Сколько людей утверждают, что в их квартирах побывали то ли призраки, то ли пришельцы... то есть демоны! А часто ли мы осеняем себя крестным знамением? Как же мы одичали! Забыв о «непрошенных гостях», которые «входят в контакт» и овладевают теми, от кого отошла благодать Божия, мы в безумной гордыне уподобляемся иерусалимлянам, кричавшим Пилату: «Распни Его!»

«Пилат, отвечая, опять сказал им: что же хотите, чтобы я сделал с Тем, Которого вы называете Царем Иудейским? Они опять закричали: распни Его. Пилат сказал им: какое же зло сделал Он? Но они еще сильнее закричали: распни Его. Тогда Пилат, желая сделать угодное народу, отпустил им Варавву, а Иисуса, бив, предал на распятие» (Мк. 15, 12—15).

В то время в темнице содержались двое разбойников, осужденных на смертную казнь. Их привели в преторию, а потом повели вместе с Иисусом на Голгофу. По обычаю, приговоренный к смерти должен был сам нести до места казни поперечную перекладину собственного креста; итак, на плечи Иисуса и разбойников возложили их кресты. По всей вероятности, впереди ехал римский сотник, за ним, под охраной небольшого отряда воинов, шли осужденные; потом торжествующий синедрион и вся бывшая у претории многотысячная толпа народа. К шествию присоединялись встречные [6, с. 656].

Дважды претерпевший бичевание, израненный ударами палки, которой вбивали в Священную Главу длинные иглы тернового венца, оскорбленный и поруганный в синедрионе, у Ирода и в претории, Он выходил, по-человечески говоря, уже полумертвый под тяжестью ноши. Он два раза падал, неся Крест,— тогда Он, несомненно, был побуждаем страшными ударами бича [8, с. 449].

Это подтверждается тем, что воины, видя Его полное изнеможение, заставили нести Крест Симона из Кирены (Лк. 23, 26; Мк. 15, 21; Мф. 27, 32). «И привели Его на место Голгофу, чтj значит: Лобное место. И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял» (Мк. 15, 22—23).

Пока воины ставили и укрепляли вертикальные столбы крестов, Иисусу Христу было, по древнему обычаю, поднесено питье — вино, смешанное со смирной. Эта смесь действовала наркотически, ослабляя боль и омрачая рассудок. Несмотря на жестокость предстоящих мучений, Сын Человеческий хотел претерпеть их все с полным сознанием. Позор «рабской казни» увеличивался от того, что осужденных распинали обнаженными. С Иисуса Христа сняли Его одежды, присохшие к ранам. Претерпевая позорную казнь, Спаситель терпел и мучительную боль.

«Распявшие Его делили одежды Его, бросая жребий, кому что взять» (Мк. 15, 24). Воины разделили верхнюю одежду, разорвав ее на четыре части; но хитон был «несшитый», и о нем бросили жребий, как предсказано за много веков у пророка Давида: «делят ризы Мои между собою и об одежде Моей бросают жребий» (Пс. 21, 19).

В Православной Грузинской Церкви есть предание, что юноша по имени Элиоз, который был при распятии Господа, купил хитон у воина, получившего его по жребию. Так Господень хитон попал в город Мцхет, где хранился в течение многих столетий. В 1625 г., в царствование Михаила Феодоровича, персидский шах Аббас прислал в Москву богатые подарки и среди них ризу Господню. В своем послании он писал, что хитон взят им в Грузии во время набега. Риза была положена в Успенском соборе, и в честь этого события установлен праздник 10/23 июля. По фрагментам видно, что хитон был из плотной, багряного цвета с беловатым отливом или блеском ткани. Еще в 1856 г. одна часть хитона находилась в Санкт-Петербурге, в соборе Зимнего дворца, а другая в Петропавловском соборе.

«Был час третий, и распяли Его» (Мк. 15, 25).

День у евреев считался от одного вечера до другого или от солнечного заката до другого заката и делился на четыре части; они назывались первым, третьим, шестым и девятым часом. Третий час еврейского счета соответствует нашему девятому, Спасителя распяли в девятом часу или в девять часов утра. Пригвоздили руки к перекладине Креста, подняли ее вместе с Распятым и укрепили на вертикальном столбе, затем пригвоздили ноги — так обычно совершалась казнь. (Гвозди, найденные в раскопках многих римских голгоф, длиной 12—13 см, квадратного разреза, зазубренные; у шляпки толщиной в 0,7 см, сужаются к туповатому, грубо-толстому концу.) Из ран потекла кровь, но Богочеловек не издал ни стона, ни вздоха; слышно было только, как Христос молился за своих распинателей: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23, 34). В то же время другие воины распинали разбойников, одного по правую, а другого по левую сторону — так сбылось предсказание пророка Исаии: «и к злодеям причтен» (Ис. 53, 12).

«Пилат же написал и надпись, и поставил на кресте» (Ин. 19, 19). Трехъязычная надпись на Кресте была, по всей вероятности, такова: по-арамейски — «Иисус Назарянин Царь Иудейский»; по-гречески — «Иисус Царь Иудейский»; по латыни — «Царь Иудейский». «Первосвященники же Иудейские сказали Пилату: не пиши: Царь Иудейский, но что Он говорил: Я Царь Иудейский. Пилат отвечал: что я написал, то написал» (Ин. 19, 21—22). Смелость Пилата, улетучившаяся при одном имени кесаря, снова ожила, как замечает святитель Иннокентий Херсонский. Прокуратор был рад досадить тем, кто утром заставил его поступиться своей волей. Немногие умели выражать высокомерное презрение с такой силой, как римляне, и Пилат отпустил гордых иудейских старейшин с коротким и презрительным ответом: «Что я написал, то написал». По замечанию отцов Церкви, судия римский и в этом случае, сам не зная, послужил орудием промысла Божия. Пилат что написал, то написал — поскольку Господь что сказал, то сказал. Он сказал: «Я помазал Царя Моего над Сионом, святою горою Моею» (Пс. 2, 6), сказал, что Ему должно пострадать, дабы войти в славу Свою; и вот, пригвоздившие Его ко Кресту тем самым возвели Его на престол; оставалось провозгласить нового Царя; и Пилат — язычник посредством трехъязычной надписи торжественно провозглашает Его [12, ч. V, с. 34].

«Один из повешенных злодеев злословил Его и говорил: если Ты Христос, спаси Себя и нас. Другой же, напротив, унимал его и говорил: или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? и мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал. И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое! И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23, 39—43). «Подобно и первосвященники с книжниками и старейшинами и фарисеями, насмехаясь, говорили: других спасал, а Себя Самого не может спасти; если Он Царь Израилев, пусть теперь сойдет с креста, и уверуем в Него; уповал на Бога; пусть теперь избавит Его, если Он угоден Ему. Ибо Он сказал: Я Божий Сын» (Мф. 27, 41—43).

Первосвященники требовали, чтобы Он оставил других и спас Себя Самого, а Господь, пренебрегая собственным посрамлением, продолжает спасать грешников. Он спас кающегося на кресте разбойника и принимает всех кающихся грешников, за которых Он претерпел лютые пытки и крестную смерть. Глумясь над Господом, Его враги исполнили предсказание царственного пророка Давида, который за одиннадцать веков до казни описал позор страждущего Мессии теми же словами, какие они произносили: «Все, видящие Меня, ругаются надо Мною; говорят устами, кивая головою: Он уповал на Господа; пусть избавит Его, пусть спасет, если Он угоден Ему» (Пс. 21, 8—9).

«Пронзили руки Мои и ноги Мои. Можно было бы перечесть все кости Мои; а они смотрят и делают из Меня зрелище» (Пс. 21, 17—18). Исполнилось пророчество Давида о Мессии: «Кости Мои рассыпались» (Пс. 21, 15) — в буквальном переводе: «все кости Мои вывихнуты».

Вывих суставов у повешенного на кресте — явление вполне обычное. «Можно было бы перечесть все кости Мои» (Пс. 21, 18) — все Его кости были видны, когда Его оставили висеть на Кресте: при растяжении тела кости сильно выдаются [2, с. 150]. «Медленно, невообразимым напряжением Христос берет как точку опоры гвозди, пронзающие Его ноги, и тем самым давит на Свои раны. Щиколотки и колени понемногу выпрямляются, и Тело постепенно приподнимается. Но для этого руки должны вращаться вокруг четырехугольного гвоздя, прорвавшего их большой центральный нерв... Явление удушья уменьшается, мускульное остолбенение немного преодолевается, мускулы груди слегка отдыхают. Дыхание расширяется, легкие выгоняют яд, посиневшее лицо принимает свою прежнюю бледность. Для чего делает Он это страшное усилие? Чтобы сказать нам: «Отче, прости им!» Но минута прошла, Тело Его опять упало, и столбняк опять охватывает все мускулы» [15, с. 37].

«Возопил Иисус громким голосом: Элои! Элои! ламма савахфани? — что значит: Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мк. 15, 34). «Элои! Элои! ламма савахфани!» По Матфею — Или; у Марка форма ближе к галилейскому наречию. Элои образовалось из халдейского Елоги, а на древнееврейском надлежало бы сказать Ели. Равным образом савахфани произошло из халдейского шебактани, а по-еврейски было бы азабтани. Христос говорил на языке тогдашних иудеев — на смеси древнееврейского с сиро-халдейским [12, ч. V, с. 139]. На еврейском языке слово Илия произносится как Елиагу — похоже на Элои. Кто-то из стоящих близ Креста не расслышал; подумали, что Иисус зовет на помощь пророка Илию. Молитвенное восклицание Господа послужило новым поводом к насмешкам. «Смотрите, Он зовет Илию на помощь», то есть смотрите, как Он и умирая продолжает представлять Себя Мессией — все верили, что Илия вместе с другими пророками должен явиться перед появлением Мессии. «Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мк. 15, 34). Ответа не было... Он заключался в наших грехах. Господь, по замечанию святого Киприана Карфагенского, для того вопросил Отца, чтобы мы вопросили самих себя и познали свои грехи и немощи. Для чего оставлен Господь? Чтобы нам не быть оставленными Богом; оставлен для искупления нас от грехов и вечной смерти; оставлен для того, чтобы показать величайшую любовь к роду человеческому; оставлен для доказательства правосудия и милосердия Божия, для привлечения нашего сердца к Нему, для примера всем страдальцам. Полный смысл этой молитвы и есть, и должен быть для нас тайной. Связь между Иисусом Христом и Его Отцом неразрывна — Они суть едино. Но для того, чтобы Искупительная Жертва до дна испила чашу человеческих скорбей, непостижимая воля Божия требовала, чтобы Иисус на Голгофе не чувствовал радости единения Своего с Отцом. Для выражения Своей тяжкой скорби Он употребил изречение 21-го псалма: «Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты оставил Меня?» (Пс. 21, 2), в котором древние учители Церкви видели пророчество о страдании Христа.

«После того Иисус, зная, что уже все совершилось, да сбудется Писание, говорит: жажду. Тут стоял сосуд, полный уксуса. Воины, напоив уксусом губку и наложив на иссоп, поднесли к устам Его» (Ин. 19, 28—29).

«И в жажде Моей напоили Меня уксусом»,— читаем у пророка Давида (Пс. 68, 22). «Когда же Иисус вкусил уксуса, сказал: совершилось! И, преклонив главу, предал дух» (Ин. 19, 30). «Христос горит жестоким жаром и обливается потоками горячего пота... Тело теряет свою последнюю влагу. Голова Христа падает вперед на грудь. При распростертых руках ее нельзя повернуть в сторону без жесточайшей боли... Раздается Его последний возглас — возглас победы, заставивший сотника уверовать, что перед ним Сын Божий: «Отче! в руки Твои предаю дух Мой» (Лк. 23, 46). «Совершилось!» [15, с. 37—38].

Вся история человеческого рода должна служить изъяснением последних слов Спасителя на Кресте, но только вечность вполне раскроет то, что тогда совершилось. Апостол Павел говорит, что на Кресте расторгнуто рукописание грехов человеческих (Кол. 2, 12—14); оно расторгнуто в ту самую минуту, как Господь изрек: «Совершилось!» (Ин. 19, 30). Он Сам сказал, что никто не может взять жизни Его против Его воли: «Я Сам отдаю ее. Имею власть отдать ее и власть имею опять принять ее» (Ин. 10, 18). Он предает ее Сам — по исполнении Своего великого дела. Склоняя главу, Господь повелевает смерти совершить ее дело.

«И стоял народ и смотрел...» (Лк. 23, 35).

«Когда подымем взоры горе — пред взорами нашими Господь, распятый за нас; когда низведем взоры в себя — пред взорами нашими темная, необъятная бездна нашей греховности,— говорит святитель Игнатий.— Тебя, распростертого и подъятого на Кресте, Тебя, совершающего на Кресте искупление и возрождение человеков, осыпают поношениями и насмешками славные и сильные земли, злословит весь народ, народ, ослепленный, обезумленный обаянием злобы,— я стараюсь уловлять суетные похвалы и одобрения человеческие, жажду их ненасытно; лишаемый их, предаюсь скорби; едва донесется до моего слуха какое-либо ничтожное, обидное слово, как и закипает во мне неистовая ярость. На Кресте Твоем Ты неупустительно исполняешь волю естественного Тебе Отца Твоего и Твою Божественную волю, единую с волею Отца, покоряя Божественной воле волю страждущего Твоего человечества,— я стремлюсь постоянно удовлетворять моей поврежденной воле, воле, враждебной закону Божию; с упорством защищаю мою волю, с ожесточением и гневом препираюсь о ней. Страдая на Кресте, Ты молишься о распинателях, о убийцах Твоих; в облегчение вины злодеев Ты представляешь неведение их — я, пользуясь благоденствием, постоянно подвергаюсь ропоту, выражаю недовольство, с огорчением ратую не только против недругов моих — ратую против друзей моих, обманываемый моим порочным сердцем, моим порочным воображением. Умирая на Кресте, Ты предаешь в руки Отца человеческий дух Твой, хотя, достоинством равный Отцу, Ты имеешь равную с Ним и единую власть над человеческим духом Твоим, хотя по человечеству Ты приял власть от соединенного в Тебе неслитно с человечеством Божества, власть и положить душу Твою, и восприять душу Твою,— я, омрачаем плотским мудрованием и неверием, ищу во всех случайностях жизни устроить себя моим немощным разумом, моим соображением, по внушениям плотского мудрования и лукавства; я не хочу предать себя деснице Бога моего, не хочу призвать этой десницы в помощь себе, хотя всесильная десница Божия содержит меня полновластно, объемлет отовсюду. Когда один из воинов, представитель враждебного Богу человечества, пронзил копием Твое всесвятое Тело, уже оставленное душою, тогда умершее Тело Твое, продолжавшее жить в Боге и чудодействовать, источило из себя струю Крови и струю воды. Воду Ты дал в омовение врагам Твоим, Кровь — в питие; истерзанное Тело Твое предлагалось врагам Твоим как закланная, приуготовленная к употреблению снедь. Всемогущий и Всеблагий! в то время как человеки истощались в злодеяниях над Тобою, Ты весь истощился для спасения их, всего Себя отдавал им, чтоб претворить врагов и убийц в сынов и друзей, чтоб избавить врагов Твоих от вечных мучений в пропастях адских, чтоб доставить им вечное блаженное жительство в селениях неба. Еще прежде распятия распинатели сняли с Тебя одежду, оставили обнаженным: ризы Твои они разодрали на части и разделили между собой; о нешвенной срачице Твоей, привлекшей особенное внимание их, метнули жребий. Обнаженного, они возвели Тебя на Крест. Все, все отдал Ты человекам: они как бы исчерпали всю Твою благость. Совершалось это по святейшей воле Твоей, хотя человеки и действовали по своему произволению: они делались слепыми орудиями воли Твоей, не понимая того,— делались орудиями воли Твоей по бесконечной премудрости, по беспредельной власти Твоей. Господь мой, Господь мой, даруй мне уразуметь значение Креста Твоего; привлеки меня к Кресту Твоему судьбами Твоими; возжги во мне любовь Креста Твоего; сподобь меня отречься у подножия Креста Твоего от порочных пристрастий к миру и ко мне самому; открой очи мои, как открыл Ты их блаженному разбойнику, чтоб я усмотрел в Тебе Господа и Бога моего; пошли плач в сердце мое, чтоб я мог постоянно плакать у Креста Твоего; пошли молитву в сердце мое, чтоб я, распятый на ней одесную Тебя, пребывал постоянно устремленным к Тебе всем существом моим и, упоенный памятованием Тебя, забыл даже о существовании мира и греха; истекшею из ребр Твоих водою очисти скверны души моей и тела; руки Твои, распростертые на Кресте, да примут меня, овцу заблудшую, в объятия Божества Твоего. Допусти меня к Твоей дивной трапезе: напитав Твоею всесвятою Плотию, напоив Твоею всесвятою Кровию, исполнив Твоим Святым Духом, соедини меня с Собою воедино на веки» [9, т. V, с. 451, 453—454].

«Было же около шестого часа дня, и сделалась тьма по всей земле до часа девятого: и померкло солнце» (Лк. 23, 44—45).

Переводя на наш счет, тьма настала около двенадцати часов дня и продолжалась до трех часов пополудни. (Евангелист Иоанн, повествуя, что «был час шестой», когда оканчивался суд у Пилата, подразумевал не еврейское исчисление дня, а общепринятое в Римской империи, так как писал свое Евангелие не для евреев.) Смерть Спасителя последовала в пятницу, в день накануне еврейской пасхи (Ин. 19, 14). Пасха, по закону Моисея, начинается в 14-й день первого весеннего лунного месяца (14 нисана), то есть в полнолуние, когда Луна не может находиться на прямой линии между Солнцем и Землей,— значит, настоящего затмения не могло быть (солнечное затмение, как известно, бывает тогда, когда Луна, находясь на прямой линии между Землей и Солнцем, заслоняет светило). Если же принять во внимание, что за тьмой последовало землетрясение, что камни гробниц расселись и многие умершие святые воскресли, то надо признать в этих знамениях особое чудесное проявление воли Божией. Об этой тьме и землетрясении свидетельствуют не только евангелисты.

Историк Евсевий приводит следующую выписку из сочинений Флегонта, времен императора Адриана: «На четвертом году 202-й олимпиады было затмение Солнца, самое большое из всех известных того времени; в шестом часу дня была ночь, так что видны были на небе звезды». Тот же Флегонт говорит, что тогда было сильное землетрясение в Вифинии и разрушило большую часть Никеи. На Флегонта ссылается и Ориген, а Тертуллиан, писавший свою «Апологию» римскому сенату около 200 г. по Р. Х., говорит об этом затмении так: «Внезапно день исчез среди полудня. Те, которые не знали, что явление сие было предсказано на случай смерти Христа, сочли его за обыкновенное затмение. Впоследствии, не имея возможности открыть причину тому, они вовсе отвергли его; но оно у вас записано, и записки хранятся в архивах ваших» (Апология, 21) [цит. по: 6, с. 667—668].

Свидетельства о наступившей тьме неоспоримы, считать это явление обыкновенным солнечным затмением невозможно, и не надо пытаться объяснить его какими-либо иными известными нам законами. Враги Христа не раз требовали от Него знамения с неба: «Учитель! хотелось бы нам видеть от Тебя знамение. Но Он сказал им в ответ: род лукавый и прелюбодейный ищет знамения; и знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка; ибо как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи» (Мф. 12, 38—40).

...Распят в третьем часу: «От шестого же часа тьма была по всей земле до часа девятого» (Мф. 27, 45); а с девятого часа опять свет: не написано ли и сие? Поищем. Захария говорит: «День этот будет единственный, ведомый только Господу: ни день, ни ночь; лишь в вечернее время явится свет» (Зах. 14, 7)... Какую загадку говорит пророк! День тот ни день, ни ночь. Чем же назвать его? Объясняет сие Евангелие, рассказывая событие. Не был это день, потому что от востока и до запада нигде не сияло солнце, но от шестого часа и до часа девятого среди дня была тьма. Поэтому средину занимала тьма, а тьму назвал Бог ночью (Быт. 1, 5). Посему это был ни день, ни ночь; потому что не во все продолжение был свет, чтобы назвать днем, и не во все продолжение тьма, чтобы назвать ночью. Но после девятого часа воссияло солнце. И сие предсказывает пророк, ибо сказав: «ни день, ни ночь», присовокупил: «лишь в вечернее время явится свет». Видишь ли точность пророков, видишь ли истину преднаписанного? Но требуешь сказать прямо, в котором часу померкло солнце? В пятом, или восьмом, или девятом?.. Пророк Амос говорит: «И будет в тот день, говорит Господь Бог: произведу закат солнца в полдень и омрачу землю среди светлого дня» (Амос. 8, 9)» [1, с. 212—213].

Знаменитый философ из Афин Дионисий Ареопагит, который был в то время в египетском городе Гелиополе, наблюдая внезапную тьму, сказал: «Или Творец страждет, или мир разрушается». (Впоследствии, услышав проповедь апостола Павла, он принял христианство и был первым афинским епископом.)

Все четыре евангелиста говорят, что Христос умер в пятницу в три часа пополудни (по нашему счету) и воскрес до восхода солнца, когда было еще темно, в день, следовавший за субботой, то есть в наше воскресенье. Если делить сутки на день и ночь, то придется признать, что Христос воскрес ночью, до наступления дня; следовательно, Он пробыл во гробе только два дня и две ночи. Как же согласовать с таким выводом предсказание Господа о том, что Он «будет в сердце земли три дня и три ночи»? У евреев «день» (по-нашему сутки) начинался с захода солнца, а когда исчисляли продолжительность какого-либо события, часть дня считалась за целый. Таким образом конец пятницы (время до захода солнца) считается первым днем пребывания Иисуса во гробе; от захода солнца в пятницу и до захода солнца в субботу прошел полный второй день; а от захода солнца в субботу начался третий день. С этим вполне согласуются все предсказания Господа о том, что Он воскреснет «в третий день» (Мф. 16, 21; Ин. 2, 19—22 и др.), то есть не по прошествии трех суток, а в начале третьего дня по еврейскому счету. Христос был распят в пятницу, причем от шестого часа до девятого (или по нашему счету от полудня до трех часов дня) была тьма, которую следует считать за ночь; от девятого (третьего часа пополудни) опять было светло, а потом наступила ночь с пятницы на субботу; таким образом, ночь с субботы на воскресенье была третьей ночью после смерти Иисуса, или третьей ночью пребывания Его во Гробе [6, с. 668, 340—341].

В первый день Господь пребывал в смерти от часа девятого, когда испустил дух, 3 часа. Во второй день — весь день, то есть 24 часа; в третий — чуть больше 6 часов, потому что воскрес после полуночи. Тело Спасителя пребывало бездыханным в смерти немногим более 33 часов. «И вот, завеса в храме раздралась надвое, сверху донизу» (Мф. 27, 51). Завеса в храме — образ Плоти Христовой: «Итак, братия, имея дерзновение входить во святилище посредством Крови Иисуса Христа, путем новым и живым, который Он вновь открыл нам через завесу, то есть Плоть Свою... будем держаться исповедания упования неуклонно, ибо верен Обещавший» (Евр. 10, 19—20, 23). Его Плоть поругана, и завеса храма раздирается сама собой. Поскольку Господь сказал: «Се, оставляется вам дом ваш пуст» (Мф. 23, 38), то и дом разрушился [1, с. 218].

«И земля потряслась; и камни расселись» (Мф. 27, 51). Святитель Кирилл Иерусалимский спустя три века после смерти и Воскресения Спасителя говорил, что на скалах, окружающих Иерусалим, сохранились следы разрушения, совершившегося во время смерти Господа Иисуса. Святой мученик Лукиан в своей речи перед никомидийским префектом говорил о Христе: «Он умер для того только, чтобы воскресением победить смерть. То, что говорю вам, совершилось не в темном месте и не остается без свидетелей. Если еще не верите, приведу вам в свидетели то самое место, где совершилось событие. Согласно с этим самое место в Иерусалиме и Голгофская скала, расторгшаяся под тяжестью Креста» [цит. по: 8, с. 31—432]. Иосиф Флавий рассказывает о разрушительном землетрясении в Иудее, совпадающем по времени с описываемым нами.

«Вместе с раздранием церковной завесы в час смерти Христа Спасителя последовало землетрясение и распадение камней... Свидетельствуя о Божественном достоинстве Распятого, знамения сии служили также знаком того, что после смерти Господа на земле должно произойти великое потрясение и переворот в человечестве, великое нравственное обновление живущих на земле... Распадение камней служило указанием на сокрушение окаменевших сердец человеческих, изменение их свойств и расположений благодатию Христовою. Господь устами пророка Иезекииля так возвещает о сем людям: «И дам вам сердце новое, и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное. Вложу внутрь вас дух Мой и сделаю то, что вы будете ходить в заповедях Моих» (Иез. 36, 26—27)» (там же).

«Пошлешь дух Твой — созидаются, и Ты обновляешь лице земли. Да будет Господу слава во веки; да веселится Господь о делах Своих! Призирает на землю, и она трясется» (Пс. 103, 30—32). Только великий Правитель мира мог повелеть земле сотрястись в ту самую минуту, когда Христос предавал Дух Свой. Многие из каменных скал, которыми наполнена Иудея, треснули и гробницы, заключавшиеся в них, открылись. «И гробы отверзлись; и многие тела усопших святых воскресли и, выйдя из гробов по воскресении Его, вошли во святый град и явились многим» (Мф. 27, 52—53).

Едва Господь наш Иисус Христос вступил в область смерти, царство ее начинает разрушаться, гробы отверзаются, тела усопших встают, тем самым подтверждая, что Иисусу Христу дана «всякая власть» не только на земле, но и на Небе, что Он имеет «ключи ада и смерти» и что непременно наступит тот день, когда все находящиеся во гробах «услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут» (Мф. 28, 18; Апок. 1, 18; Ин. 5, 25).

«Сотник же и те, которые с ним стерегли Иисуса, видя землетрясение и все бывшее, устрашились весьма и говорили: воистину Он был Сын Божий» (Мф. 27, 54). Сотником (центурионом) назывался командовавший манипулой — сотней легионеров. Это были люди, выслужившиеся из нижних чинов и лишь во второй половине своей 20-летней службы добившиеся повышения,— большей частью закаленные воины, профессионалы, очень заботившиеся о своей карьере. Сотник, о котором говорится в Евангелии, был родом из Каппадокии, звали его Логгин (по другому произношению — Лонгин). Распинатель Христа, он был послан Пилатом стеречь гроб Господень. Видев воочию крестные страдания Спасителя, землетрясение, явление ангела, отвалившего камень от входа в пещеру гроба Господня, Логгин совершенно уверовал во Христа (а с ним еще двое воинов). Он сделался проповедником Воскресения Христова, возвестив все происшедшее Пилату и иудейским первосвященникам.

«И весь народ, сшедшийся на сие зрелище, видя происходившее, возвращался, бия себя в грудь. Все же, знавшие Его, и женщины, следовавшие за Ним из Галилеи, стояли вдали и смотрели на это» (Лк. 23, 48—49). «И будет в тот день, говорит Господь Бог: произведу закат солнца в полдень и омрачу землю среди светлого дня. И обращу праздники ваши в сетование и все песни ваши в плач» (Ам. 8, 9—10). «Тогда был день опресноков и праздник; между тем жены иудейские сокрушались и плакали, а скрывавшиеся апостолы скорбели. Поистине, дивно сие пророчество!» [19, с. 193].

«Но так как тогда была пятница, то Иудеи, дабы не оставить тел на кресте в субботу,— ибо та суббота была день великий,— просили Пилата, чтобы перебить у них голени и снять их. Итак пришли воины, и у первого перебили голени, и у другого, распятого с Ним» (Ин. 19, 31—32).

Почему перебивали голени у висевших на крестах? Это ускоряло конец: не имея точки опоры на ноги, свисая на одних руках, несчастные задыхались от удушья, наступавшего вследствие отравления раздутых до предела легких. «Но, придя к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней, но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода. И видевший засвидетельствовал, и истинно свидетельство его; он знает, что говорит истину, дабы вы поверили. Ибо сие произошло, да сбудется Писание: кость Его да не сокрушится (Исх. 12, 46). Также и в другом месте Писание говорит: воззрят на Того, Которого пронзили» (Зах. 12, 10) (Ин. 19, 33—37).

Копие воина представляло собой обыкновенное римское копье, легкое оружие с длинной рукояткой и острым железным плоским наконечником овальной формы, шириной в ладонь. Вот почему причиненная им рана была так обширна, что «неверующий» Фома уже по Воскресении Господа мог вложить в нее руку (там же, с. 541).

Предсказание «кость Его да не сокрушится» относится к пасхальному агнцу, о котором в Писании говорится: «Агнец у вас должен быть без порока, мужеского пола, однолетний; возьмите его от овец, или от коз» (Исх. 12, 5). По закону Моисея (Исх. 12), пасхального агнца надлежало печь целым, не сломав ни одной кости. Это постановление было само по себе непонятно: ни в празднике, ни в случае, по которому он установлен, нельзя найти причины. Она кроется в особенном замысле Божием о судьбах человечества — пасхальный агнец был прообразом другого — небесного Агнца. Иоанн Креститель уже называл Иисуса Христа Агнцем Божиим, вземлющим грехи мира (Ин. 1, 29); и вот над Иисусом исполняется то, что было прообразовано пасхальным агнцем: Его кости не сокрушаются. Это исполнение тем более поразительно, что совершается в тот самый вечер, когда по закону вкушали пасхального агнца [8, с. 451—452].



          


Может быть интересным



Реклама


Реклама


Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

управление размером текста

Α + Увеличить | α - Уменьшить

разделы сайта

обратите внимание

ThePrayerBook.info - Молитвенник также (паралельно) доступен и по короткому адресу pb.pe

Админситарция сайта ищет соавторов для дальнейшего ведения сайта. Желающим обращаться через форму обратной связи

опрос

Вы из ?

Все опросы

Реклама

Православные фильмы онлайн