молитвенник, сборник молитв, молитвы на каждый день, молитвы против недугов, это должен знать каждый, православная литература, архив mp3, редкие молитвы, православные посты, просьбы о помощи, vjkbndtyybr, ghfdjckfdbt, православие

» Православная литература

О страдании


Изложил Е. Поселянин по сочинению епископа Л. Бугó.



Содержание:


Об этой книге

Предисловие


I. Божественное происхождение страданий

1. Зачем страдание?

2. Страдания возносят душу к Богу

3. Страдания очищают душу от грехов

4. Страдание животворит и расширяет душу

5. Страдание, как ваятель, оформляет душу

6. Страдание ведет нас по лестнице добродетелей

7. Последнее слово страдания


II. Христианство и страдание

1. Религия не осуждает слез, но учит плакать по-христиански

2. Христианская душа плачет, благословляя Бога

3. Христианская душа плачет, надеясь на Бога

4. Христианская душа и когда плачет, полна любви к Богу

5. Пример великого христианского страдания

6. Иисус Христос как истинный Утешитель страдающих

7. После смерти жизнь расширяется

8. Семья, дружба и любовь после смерти

9. О том же

10. По учению Христа, мы встретимся на небе

11. По учению Церкви, мы встретимся на небе

12. Все отцы Церкви верили в продолжаемость семьи, дружбы и любви на небе


III. История одной души

1. Пролог

2. Сила церковных Таинств

3. Последние записи дневника

4. Распятые бриллианты

5. Таинство Елеосвящения

6. На пороге вечности

7. На кресте со Спасителем



Об этой книге


Настоящая книга представляет [собой] переложение и кое-где переработку прекрасного труда Лавальского епископа, монсиньора Бугó, о христианских страданиях.

Несомненно, эта тема – одна из интереснейших в христианском вероучении. Можно сказать, что одно только христианство и знает страдания в высочайшем, идеальнейшем смысле этого слова. Язычество знало по преимуществу боль, и лишь христианство не только указало высокое значение страдания, но и нашло в нем духовную сладость и чарующее обаяние.

Вслед за примером Богочеловека, Который обессмертил страдание, приняв поругание, терн и вольную муку, христианство открыло совершенно новые формы жизни: вольное страдание, искание верного счастья путем добровольно принятой на себя муки. Одно христианство указало, что достижение счастья путем страдания возможно не только в будущей загробной жизни, но и в этом мире. Христианские аскеты, распявшие в себе мир с его страстями, достигают такой полноты духовного счастья, такого ощутительного предчувствия будущего блаженства, какое недоступно обыкновенным людям [даже] в исключительно счастливых и блестящих житейских обстоятельствах.

Все значение и [пользу], всю высоту христианского страдания и выясняет предлагаемый труд Бугó.

Почивший автор его принадлежит к лучшим представителям современной нравоучительной литературы на Западе. Искренняя, пылкая вера, глубокая серьезность и вдумчивость, прекрасное знание тем, которые он разрабатывает, и теплая задушевность делают эти произведения истинными друзьями его многочисленных читателей. Одинаково прекрасно составлены им жизнеописания святых, рассуждения на нравственные темы, экскурсы в область христианской психологии.

Многие места его труда «О страдании» – например, так горячо высказанные автором соображения о настойчивости любви Божественной в спасении забывшего Бога человека; некоторые эпизоды, например последний рассказ о тихом угасании молодой, озаренной верою жизни, – представляют собою высокие образцы христианской мысли и христианского чувства.

Я уверен, что эта книга ответит запросам многих страдающих душ и даст им среди жестокого утеснения их сердца горем несколько часов отрады и надежды.

Е. Поселянин

Туринская плащаница

Туринская плащаница



«В мире нет ничего более великого,

чем Иисус Христос; а в Иисусе Христе

нет ничего более великого, чем Его жертва».

Паскаль


В 1978 г. торжественно праздновалось 400‑летие пребывания в Турине одной из великих христианских святынь – Плащаницы Христовой.

С 27 августа по 8 октября она была выставлена в Туринском соборе в хрустальном ларце, предохраняющем ее от пожара. Свыше трех миллионов паломников, среди которых были и будущий папа Иоанн Павел II и Ленинградский Митрополит Никодим, совершивший это паломничество за три дня до смерти, прибыли из разных стран поклониться св. Плащанице. 9 и 10 октября состоялся международный научный съезд. Синдологам (ученым, изучающим Плащаницу – La Sindone) была дана возможность непосредственно рассмотреть ткань Плащаницы и подготовить новые исследования. Результаты их станут известны в недалеком будущем, но уже теперь можно утверждать: чем больше ученые исследуют Плащаницу, опираясь на достижения современной науки и техники, тем больше они убеждаются в ее подлинности. Первая работа о Плащанице на русском языке, написанная М. Н. Гавриловым, вышла в 1964 г. в изд. «Жизнь с Богом». В 1968 г. Свято-Троицкий монастырь (Джорданвиль, США) издал сокращенный текст книги Н. А. Бутакова «Святая Плащаница Христова». Автор этого труда в течение пяти лет изучал материалы о Плащанице на различных языках с целью ознакомить русских читателей с этой великой святыней. Написанная им книга не смогла увидеть свет при жизни автора, скончавшегося 1 января 1977 г., но мы надеемся, что в скором времени его заветное желание осуществится. Здесь мы кратко расскажем о Туринской Плащанице и о результатах новейших научных исследований синдологов.

Диакон Андрей Кураев


Ответы молодым



Что такое для вас православная молодежь?


– Не знаю, не встречался. Я знаю Таню, Васю, Диму. Они все разные. А если серьезно, то, наверное, это трудно – быть православным и молодым. Потому, что это значит идти против – идти против двойного течения.

Быть православным – значит идти против моды своей светской компании. А чтобы быть молодежью на приходе, нужно идти против приходских суеверий. В одном случае господствующее течение антиправославное, в другом – антимолодежное.

У нас на приходах в основном господствует психология бабушек. А ведь у каждого возраста свое переживание веры. Свое переживание у младенцев, которые Боженьку целуют. Свое переживание у детей, свое у подростков, у взрослых и стариков. Но поскольку в наших храмах больше стариков, их переживание Православия оказывается единственным, нормативным, навязываемым, а потому – калечащим молодых людей.

В чем различие психологий? Новизна радует молодого человека и пугает пожилого. Молодой человек всюду видит возможности, а взрослый – опасности. Молодой ставит вопрос: "Что я могу сделать?". Пожилой спрашивает: "А что со мной могут сделать, что оттуда может угрожать мне и моему привычному укладу жизни?". Человек идет по городу, неожиданно ему попадается подворотня. Реакция молодого человека более активная: "Интересно, что там? Пойду посмотрю, для меня открылось новое пространство, которое я могу исследовать и подчинить себе". Реакция пожилого человека: "Я лучше перейду на другую сторону улицы, мало ли что тут может на меня обрушиться". Молодой человек перед каждым новым поворотом думает: "А не войти ли мне?" – взрослый же остерегается: "А что оттуда может вылететь на меня?.".. Так и в церковной среде. Вместо молодого миссионерского дерзновения – старушечьи страхи: "Ничего нельзя!!!".

В этой связи для меня особенно ощутимо различие между евангельским началом христианства и, скажем так, исторически сложившимся образом православной жизни. Евангельская символика помещает святыню в грязь, надеясь на то, что грязь освятится, а не боясь того, что святыня осквернится. Царство Божие (!!!) уподобляется дрожжам, бросаемым в тесто, зерну, брошенному в землю, кладу, зарытому в поле. В неводе рыбы ценные и сорные, на том же самом церковном поле предполагается, что будут расти и сорняки, и пшеница.

То есть нечто святое, чистое, хорошее, бросается в негожее место, втаптывается в грязь. Но зато эта грязь преображается.

Человек, несведущий в агрономии, мог бы возмутиться картиной сева: казалось бы, добротные и вкусные вещи крестьянин разбрасывает, затаптывает в грязь, обрекает на гниение! Христос пришел в мир, о котором заранее знал, что большинство в нем будет радоваться Его распятию, и лишь численно ничтожное меньшинство расслышит Его слова. А апостолов Христос посылает во враждебный мир, как овец посреди волков. Все притчи о Царстве Небесном связаны с тем, что что-то светлое входит во тьму, чтобы ее преодолеть. Свет во тьме светит. Слово Божие пришло к проституткам и гаишникам (так на языке сегодняшних реалий будет звучать церковнославянская и оттого завышенная формула "блудники и мытари").

А вот в историческом развитии Православия возобладала противоположная тенденция: изымать святыню из мирского контекста, выковыривать свет из тьмы и класть на сохранение в позолоченный ларец. Чем дальше – тем более нарастала потребность спрятать святыню от "нечистых рук". Все выше становятся иконостасы. Усложняется путь к церковному Таинству (чтобы оно было редким, чтобы обязательно соблюсти какую-то технологию, прежде чем к нему прикоснуться). Наиболее ярко эта перемена видна на многих иконах, где святитель, скажем, держит Евангелие не рукою, а подложив платочек. Оказывается, что нельзя прямо прикоснуться к Евангелию, обязательно нужен какой-то посредник. Значит, человек (даже рукоположенный и даже святой) воспринимается как источник профанации, искажения. Ты не тот, кто нуждается, чтобы святыня пришла к тебе такому, какой ты есть,– грязненькому и черненькому. Нет, напротив. Ты тот, кто угрожает святыне. Человек воспринимается как источник скверны. Он угрожает святыне, и святыню надо спасать от него. Это, конечно, радикальная антимиссионерская установка, ведь евангельский пафос совсем другой – святыня приходит, чтобы спасти меня.

Это совершенно разные установки: святыня как лекарство для больных – и больной как угроза для лекарства. Но именно последняя психология господствует в наших приходах.

Спросите сегодня наших прихожан – можно ли священнику ходить в городскую баню, могут ли они представить себе, что апостолы мылись в общих банях. Ответ вы получите возмущенно-отрицательный. Баня – место блудное и скверное, и негоже святыню смешивать с грязью! Но древнейшая церковная история знает о другом восприятии бани – как места встречи с людьми. Священномученик Ириней Лионский в середине II века слышал от священномученика Поликарпа Смирнского, личного ученика апостола Иоанна, что апостол, придя как-то помыться в баню, узнал, что тут же находится и еретик – гностик Керинф. Тогда Иоанн вскочил с места и выбежал вон, сказав своим спутникам: "Убежим, чтобы не упала баня, потому что в ней враг истины, Керинф". Чистому поистине – все чисто, ну а свинья везде грязь найдет.

А потом миссионерский дух сменился охранительским. Хорошо, что этот дух появился. Его появление означало, что есть что охранять и беречь. Несуществующее сокровище не берегут. Плохо, что этот дух стал почти единственным, нормативно-православным. Плохо, что миссионерское поведение стало расцениваться (не в официальных документах, а на уровне приходских и монастырских пересудов) как "девиантное поведение", как нечто дающее повод к подозрениям и возмущениям.

Плохо, что и прицерковленные чиновники усвоили это дух, при этом путая консерватизм с консервами. К примеру, в марте 2003 года в Тамбове был съезд православной молодежи, и один госчиновник из областного аппарата сказал речь, где была фраза, которая меня просто ошарашила: "Наша Православная Церковь всегда цементировала наш народ". Боже, ну что за манера все живое цементом заливать! Я-то всегда считал, что цементированием народа занимается сицилийская мафия. Христос же уподоблял Церковь не цементу, а дрожжам, которые заставляют тесто бродить, дышать! Она – революционный элемент, элемент брожения, закваска, которая бросается в тесто.

Так что православной молодежью быть сложно.

Искушение, которое приходит «справа»


Диакон Андрей Кураев



Содержание:

Опричная реформация

Почему не созывают поместный собор?



О монархическом начале в Церкви.

«Соборность» и ошибка славянофилов.

Верно ли, что «народ – хранитель Православия»?

Кто сказал, что «молчанием предается Бог»?

Как народные братства унии помогли.

О бесцензурном Православии.

О не-святости Ивана Грозного.

О не-святости Григория Распутина.

Как раскалывают Русскую Церковь.

Спецпроект по имени «Старец Антоний»

Преподобный Исаак Сирин


Слова подвижнические



Содержание:


Слово 1. Об отречении от мира и о житии монашеском

Слово 2. О благодарности Богу, с присовокуплением краткого изложения первоначальных учений

Слово 3. О том, что душа до познания Божией премудрости и Божиих тварей доходит без труда, если безмолвствует вдали от мира и житейских попечений; ибо тогда может познавать естество свое и те сокровища, какие имеет сокрытыми внутри себя

Слово 4. О душе, о страстях и о чистоте ума, в вопросах и ответах

Слово 5. О чувствах, а вместе и об искушениях

Слово 6. О милосердии Владыки, по которому с высоты величия Своего снизошел к немощи человеческой, и об искушениях

Слово 7. О грехах произвольных, непроизвольных и совершаемых по какому-нибудь случаю

Слово 8. О хранении и блюдении себя от людей расслабленных и нерадивых; о том, что от сближения с ними воцаряется в человеке нерадение и расслабление, и он исполняется всякой нечистой страсти; и о хранении себя от близости с юными, чтобы ум не осквернился непотребными помыслами

Слово 9. О чине и уставе новоначальных и о том, что прилично им

Слово 10. Сказание святых мужей, их преподобные изречения и чудное житие

Слово 11. О древнем старце

Слово 12. О другом старце

Слово 13. О вопросе одного брата

Слово 14. Об одном укоренном брате

Слово 15. О разных отличиях безмолвия, о власти ума и о том, сколько властен ум возбуждать собственные свои движения при разных видах молитвы, какой предел дан молитве самим естеством, до какого предела властен ты молиться молитвою, по преступлении какого предела молитва твоя уже не молитва, хотя совершаемое тобою и называется молитвою

Слово 16. О чистой молитве

Слово 17. О предположении души, ищущей глубокого созерцания, чтобы погрузиться в оном от плотских помыслов, возбуждаемых памятованием вещей

Слово 18. О видении естества бесплотных, в вопросах и ответах

Слово 19. Образец умозрения о дне воскресном и о субботе; приточное их значение

Слово 20. Ежедневное воспоминание о том, что всего нужнее и что весьма полезно пребывающему в келии своей и решившемуся быть внимательным к одному только себе

Слово 21. О разных предметах. В вопросах и ответах

Слово 22. О том, что тело, которое боится искушений, делается другом греха

Слово 23. Послание, писанное к одному брату, любителю безмолвия

Слово 24. Послание к некоему брату естественному и духовному, который, живя в мире и желая видеться с Исааком, убеждал и умолял в письмах своих прийти к нему

Слово 25. О трех способах ведения, о разности их делания и понятий, о вере души, о таинственном богатстве, в ней сокровенном, и о том, сколько ведение мира сего разнствует в способах своих с простотою веры

Слово 26. О первой степени ведения

Слово 27. О второй степени ведения

Слово 28. О третьей степени ведения, которая есть степень совершенства

Слово 29. Об иных способах ведения и представлениях его различия

Слово 30. Об образе молитвы и о прочем, необходимо потребном для всегдашнего памятования и во многих отношениях полезном, если сохранит это читающий с рассуждением

Слово 31. Об отшельничестве и о том, что должно нам не в боязнь приходить и устрашаться, но подкреплять сердце упованием на Бога и благодушествовать с несомненною верою, потому что стражем и хранителем имеем Бога

Слово 32. О том, чем сохраняется тайное внутреннее в душе трезвение и откуда приходят сонливость и холодность в ум, угашают в душе святую горячность и умерщвляют стремление к Богу, лишив душу горячности к духовному и небесному

Слово 33. О многих изменениях, последующих в уме и искушаемых молитвою

Слово 34. О тех, которые живут в приближении к Богу и проводят дни свои в жизни ведения

Слово 35. О приверженности к миру

Слово 36. О том, что не должно желать или домогаться без нужды иметь у себя в руках какие-либо явные знамения

Слово 37. О том, по какой причине Бог попускает искушения на любящих Его

Слово 38. О том, как по возбуждающимся в человеке помыслам узнавать, на какой степени стоит он

Слово 39. О том, почему люди душевные прозирают ведением в иное духовное, соразмерно с телесною дебелостию, как ум может возноситься над оною, какая причина тому, что не освобождается от нее, когда и в какой мере можно уму пребывать без мечтания в час моления

Слово 40. О поклонах и о прочем

Слово 41. О молчании

Слово 42. Послание к одному из возлюбленных Исааком, в котором предлагает он: а) учение о тайнах безмолвия и о том, что многие, по незнанию сих таин, нерадят о сем чудном делании, большая же часть держится пребывания в келиях по преданию, ходящему у иноков, и б) краткое собрание относящегося к сказанию о безмолвии

Слово 43. О разных предположениях и о том, какая нужда в каждом из них

Слово 44. О том, как рассудительному должно пребывать на безмолвии

Слово 45. О степени тонкой рассудительности

Слово 46. Об истинном ведении, об искушениях и о необходимости точно знать, что не только люди невысокие, немощные и необучившиеся, но и сподобившиеся на время бесстрастия, достигшие совершенства в образе мыслей, приблизившиеся отчасти к чистоте, сопряженной с омертвением, [ставшие выше страстей, пока они в мире сем, по Божию попущению от сопряжения жизни их со страстною плотию, пребывают в борении и по причине плоти терпят беспокойство от страстей, потому что] по милости попускается на них сие за падение их в гордыню

Слово 47. О самом значении этой главы и о молитве

Слово 48. О различии добродетелей и о совершенстве всего поприща

Слово 49. О вере и о смиренномудрии

Слово 50. О пользе бегства от мира

Слово 51. О том, посредством чего можно человеку с изменением внешнего образа жизни приобрести изменение в сокровенных мыслях

Слово 52. О ночном бдении и о различных способах его делания

Слово 53. О том, какую честь приобретает смиренномудрие и как высока степень его

Слово 54. О разных предметах, в вопросах и ответах

Слово 55. Послание к преподобному отцу Симеону чудотворцу

Слово 56. О любви к Богу, об отречении от мира и об упокоении в Боге

Слово 57. Об удалении от мира и от всего смущающего ум

Слово 58. О том, что Бог на пользу душе попустил, чтобы она была доступна страстям, и о подвижнических деланиях

Слово 59. О чине монашеского жития, о сокращении и различии оного и о том, почему и каким образом добродетели рождаются одна от другой

Слово 60. О различных способах брани, какую диавол ведет с шествующими путем тесным, превысшим мира

Слово 61. О том, что полезно человеку в приближении его сердцем своим к Богу, какая истинная причина сокровенно приближает к нему помощь и какая опять причина приводит человека в смирение

Слово 62. О словесах Божественного Писания, поощряющих к покаянию, и о том, что изречены оные по немощи человеческой, чтобы люди не погибли, отпав от Бога Живого, и что не должно обращать оных в повод к тому, чтобы грешить

Слово 63. О том, чем охраняется доброта иноческого жития, и о чине славословия Божия

Слово 64. О перемене и превратности, какая бывает в шествующих установленным от Бога путем безмолвия

Слово 65. О безмолвствующих: когда начинают они понимать, до чего простерлись делами своими в беспредельном море, то есть в безмолвном житии, и когда могут несколько надеяться, что труды их стали приносить плоды

Слово 66. О том, что рабу Божию, обнищавшему в мирском и исшедшему взыскать Бога, из страха, что не достиг уразумения истины, не должно прекращать искания и охладевать в горячности, порождаемой любовию к Божественному и к исследованию таин Божиих; и о том, как ум возмущается страстными припоминаниями

Слово 67. О видах надежды на Бога, о том, кому должно надеяться на Бога и кто надеется безрассудно и неразумно

Слово 68. О том, что безмолвникам полезно не иметь забот, а вредны входы и выходы

Слово 69. О путях, приближающих к Богу и делающихся явными человеку по приятности дел ночного бдения, и о том, что делатели оного все дни жизни своей питаются медом

Слово 70. О силе и действенности греховных повреждений, чем они производятся и чем прекращаются

Слово 71. О хранении сердца и о тонком созерцании

Слово 72. О признаках и действиях любви к Богу

Слово 73. О видах добродетелей

Слово 74. О непрестанном посте, о том, чтобы пребывать собранным в себе на одном месте, о последствиях сего и о том, что при ведении различать обучился он правильному употреблению всего подобного сказанному

Слово 75. О молчании и безмолвии

Слово 76. О телесном движении

Слово 77. О видах разных искушений и о том, сколько сладости имеют искушения, бывающие и претерпеваемые за истину, и по каким степеням восходит человек благоразумный

Слово 78. О гордости. Искушения врагов Божиих, то есть гордых

Слово 79. Об изъяснении видов добродетели и о том, какое значение и какое преимущество каждого из них

Слово 80. Об очищении тела, души и ума

Слово 81. Содержащее в себе предметы полезные, исполненные духовной мудрости

Слово 82. О покаянии

Слово 83. О том, как велика бывает мера ведения и мера веры

Слово 84. Содержащее в себе исполненные пользы советы, какие с любовию изглаголал во смирении слушающим его

Слово 85. Об ангельском движении, возбуждаемом в нас по Божию Промыслу для преуспеяния души в духовном

Слово 86. О втором делании в человеке

Слово 87. Об изменении света и тьмы, какое бывает в душе во всякое время, и об уклонении ее к десным или шуим

Слово 88. О вреде неразумной ревности, прикрывающейся личиною ревности Божественной, и о помощи, какая бывает от кротости и других нравственных качеств

Слово 89. О невольных лукавых помыслах, происходящих от нерадивого наблюдения за предшествовавшими им помыслами

Слово 90. О терпении из любви к Богу и о том, как терпением приобретается помощь

Может быть интересным

Таинство Исповеди

Архимандрит Лазарь (Абашидзе)



Назначение книги


Каждый шаг на пути духовной жизни христианина есть не что иное, как покаянное движение сердца, зрящего свои грехи. С покаяния открывается для уверовавшего дверь в церковный мир, только через покаяние откроются ему райские врата. Коротко сказать: начало покаяния и есть начало спасения.

В наши дни очень многие люди, познавшие мрачные глубины неверия, безбожия, вкусившие пагубные плоды смраднейших грехов, но милостью Божией вызволенные из этого ада, призванные к свету, к пробуждению, к жизни, – через раскаяние, Таинство Крещения, через исповедание своих страшных грехов, оставление их, через полученное в Таинстве Покаяния прощение, через получение благодатных сил в Таинстве Причащения, – рождаются к новой жизни, жизни совершенно иной, совершенно непохожей на ту, которой они до сих пор жили. Но эта новая жизнь требует разрушения многих прежних понятий, ценностей, привязанностей, знаний, вкусов; часто почти полного забвения всего этого огромного греховного хаоса, оставшегося там, позади, перечеркнутого началом спасительного покаяния. Этот процесс отказа от старого, процесс перерождения, воскрешения души довольно сложен, неодинаков у всех, таинственен. Каждого человека Бог одному Ему ведомыми путями, непостижимыми судьбами Своими изводит из этого греховного Содома, из плена Египетского и ведет через пустыню очищения в Землю Обетованную. (Глубоко и основательно рассматривает этот момент, начало духовной жизни, святитель Феофан Затворник в книге «Путь ко спасению».)

О том, как каяться в содеянных грехах, какие это грехи, насколько они тяжки, как затем их оставить и не повторять, – обо всем этом довольно много составлено поучений, об этом часто говорят священники в храмах, об этом многие уверовавшие как-то и сами знают, ведь немудрено увидеть внешние, соделанные делом и словом грехи, увидеть явные греховные наклонности и страсти свои. Конечно, и на этих первых ступенях, шагах ко благочестию, каждый новообращенный встречает немало препятствий, браней, трудностей, скорбей; но здесь еще ясно все видимо, зло неприкровенно вопиет о себе, – необходимы только мужество и решительность, твердое намерение начать новую жизнь и порвать окончательно со старым. И вот уже при первых малых победах над собой обратившийся ощущает огромное внутреннее облегчение, освобождение, примирение с Богом, с совестью, с людьми, как бы сбрасывает тяжелый груз с плеч, который тяготил его всю жизнь, ощущает радость и прилив новых сил – и с таким воодушевлением входит в таинственный церковный мир, в новую семью, начинает новую жизнь. И если новопросвещенный христианин сумел с помощью Божией отринуть прежнюю свою греховную деятельность и все свои воскресшие силы направить на новую стезю, то... тогда-то и начинается для него самое важное и трудное.

Дело в том, что когда человек видит многие свои явные грехи, то это его очень смиряет, дает правильное понятие о себе, вселяет в душу страх, трепет пред судом Божиим; угадывает он тогда и то направление, по которому на первых порах должно ему следовать. Но когда верующий отсечет по милости Божией явные свои грехопадения, то образ покаяния заметно усложняется, утончается, и здесь появляется большая опасность утерять эту тропу, этот единственно верный тесный путь ко спасению и свернуть на широкую дорогу самодовольства и гордыни. Каясь в прежних грехах, оставляя прежнюю срамную жизнь свою, получая прощение от Бога, мы тем не менее остаемся глубоко пораженными многими духовными недугами, страстями, греховными навыками, – мы больны сердцем, умом, волей, всеми своими чувствами. Грехи прощены, но страсти еще живы; дела греховные не творим, но склонность к ним, жажда их жива, и все это требует еще многих трудов покаяния, многих борений, скорбных взываний и молений к Милостивому Врачу – Человеколюбцу Господу нашему. И до каких же пор так? – Пока живем во плоти!

Вот здесь-то и случается распутие: уж это очень непривлекательная дорога для многих – всегдашнее покаяние, постоянное недовольство собой, недоверие к себе, подозрение ко всем своим чувствам, движениям души, какое-то всегда внутреннее напряжение, боль, горечь. И так, наоборот, хочется человеку сразу же получить полный покой, внутренний комфорт, чувство духовной удовлетворенности самим собой, чувство своей значимости и избранности. И хорошо, если вступивший только что на дорогу христианства сразу же встретит правильного наставника, который укажет ему в самом начале верный путь, научит не удаляться спасительной печали и сокрушения, не отталкивать от себя это неприятное, но полезное зрелище уродства души своей, не прикрывать его ложным мнением о себе и самооправданием, а нести эту скорбь как свой крест, как верное свидетельство правильности избранного пути (ведь и эти скорби, происходящие от нашего падшего естества, предрекал Спаситель последователям Своим: В мире скорбни будете (Ин. 16, 33); кто не возненавидит душу свою, жизнь свою, не может быть учеником Христовым!), как залог будущей радости, хранить это самоосуждение как ту евангельскую соль, без которой всякое делание души тут же загнивает, начинает издавать зловоние.

А как часто выходит наоборот! Это стало уже распространенной болезнью в наше время: теперь люди, по укоренившемуся в них сладострастию, склонности искать всегда и во всем комфорта и приятности, самую духовную жизнь уже понимают как средство скорейшего получения такого внутреннего «блаженства», сладостного покоя, эйфории. И вот теперь наблюдается такая картина: исповедал вновь обратившийся свои прежние тяжкие грехи, походил в церковь, еще несколько раз припомнил на исповеди кое-что из прошлого, немного научился молиться, начал внешне упорядоченную жизнь, но дальше уже не видно, в чем теперь каяться: «Живем как будто нормально, особенно не грешим. Ну, там приходят разные плохие помыслы, оживают некоторые страсти в сердце, – так оно у всех так. Но зато сколько добрых дел мы теперь делаем», и т.д. Так может уже с самого начала сложиться нечувствие к своим болезням. И если здесь не научиться внимательному взгляду на немощи души своей, то внутреннее покаяние не привьется ей, а без него вся духовная жизнь не будет иметь верного ориентира, уклонится на ложный путь – в пагубную прелесть. Тогда человек не только не умеет видеть свои скрытые страсти, но даже начинает мнить, будто он имеет уже какие-то высшие дарования – «духовные», «благодатные», «святые». Все эти кажущиеся светлыми, благодатными, богоугодными проявления душевной деятельности создают впечатление особой избранности, кажутся началом высокой духовной жизни.

И действительно, у человека, составившего коварное мнение о своей праведности, о том, что он уже стоит на некоторой значительной ступени духа, появляется странное, необъяснимое воодушевление, подъем каких-то внутренних сил, необычное разгорячение, принимаемое им за святую ревность, порывы бурной деятельности. Распознать в этих движениях личину самообольщения вначале очень не просто; необходим большой духовный опыт, чтобы точно отличить такую болезненную горячность от истинной ревности. При том при всем уклонившийся не перестает называть себя грешником и отчасти считает себя таким.

Дело в том, что страсти здесь начинают действовать очень тонко и прикровенно, так что признание греховности есть, но оно очень поверхностно, больше на словах, а не в чувстве, – признание же своей праведности глубоко сидит в сердце, хотя на словах может ярко и не выражаться.

Теперь видно, как важно с самого начала дать правильное направление течению духовной жизни верующего, предостеречь его от подобного самообольщения, не допустить, чтобы он оазис в пустыне принял за Землю Обетованную (святитель Игнатий), т.е. не позволить ему посчитать себя спасенным, избавленным от опасностей, когда он только еще вышел на путь борьбы. А для этого необходимо сразу же после того, как новообращенный покается в преждесодеянных грехах, преподать ему наставление о коварности внутренних страстей, открыть ему глаза на тот глубокий темный мир внутренней греховной поврежденности души, с которым ему еще предстоит вести брань, – мир коварный, который часто будет прикрываться личиной добродетели и праведности. Поэтому важно сразу указать истинное, нелестное, испытующее воззрение на самые наши «добродетели» и проявления нашей горячности, ревности и неожиданных порывов к высоким подвигам.

Цель этой книги: опираясь на наставления святых отцов древности и отцов последнего времени, предостеречь, насторожить, устрашить, отрезвить новоначальных христиан, показав некоторые тайные сети скрытых недугов души, глубину нашего падения и коварство злых духов, а также и сами некоторые внешние добродетели рассмотреть и показать, какие под ними могут быть сокрыты тайные движения недугующей души.

Архиепископ

Иоанн Сан-Францисский (Шаховской)

АПОКАЛИПСИС МЕЛКОГО ГРЕХА



От издателей


Сборник поучительных писаний Архиепископа Иоанна (Шаховского), который мы предлагаем читателям - об апокалипсисе, совершающемся в каждом из нас, об апостасии (отступлении), которое берет начало в наших сердцах, поглащенных самолюбием, самоублажением, саможалением. Не видим „мелких" грехов, привыкли к ним, и они легко, почти нечув ствительно сталкивают нас с единственного, узкого пути, коварно подставляют ножку, „мягкой" лестью принуждают к незаметному рабству.

Владыка Иоанн видел многое в жизни, что с ужасающей яркостью напоминало о грядущих последних временах мира, об апокалипсисе. Его юность (он родился в 1902 году) совпала с грозным и мрачным для России временем. Став участником белого движения, он прошел Гражданскую войну: кровь, раны и смерть видел вплотную. В изгнании, в эмиграции, испытал нечеловеческую жестокость Второй мировой войны. Однако в статьях, помещенных в этом сборнике (они собраны нами из разных книг владыки) взгляд его обращен не на мир вообще, но внутрь человека. Это анализ духовного состояния современных людей и, временами, он ошеломляет своей верностью. В словах владыки беспощадное обличение, но оно пронизано святой надеждой, что чистота и свет восторжествуют в нас, и вера Православная даст нам крылья подняться над царством мира сего. И обратимся к Богу с мольбой и упованием: „Омыеши мя, и паче снега убелюся"!

Священник Олег Стеняев

Сатанизм

Библейский опыт осмысления проблемы



Содержание:

  • Введение
  • внешне напоминающие печальный эпилог
  • История сатанизма и противостояние ему
  • Секуляризация
  • Соблазн временем
  • Нужно ли ожидать пришествие антихриста
  • "Имя ему легион"
  • О падении Денницы
  • Духовная брань
  • "Во мраке и тени смертной"
  • "Ад! Где твоя победа"
  • "Я верю Богу"
  • "Течет ли из одного отверстия источника сладкая и горькая вода?"
  • Астрология

Архимандрит Лазарь (Абашидзе)

Восточные культы



Содержание:

  • Введение
  • Индуизм
  • Индийская йога
  • Дзен-буддизм
  • Восточные единоборства

Может быть интересным

Творения священномученика Киприана, епископа Карфагенского

Книга о молитве Господней



Евангельские заповеди – это не что иное, возлюбленнейшие братья, как божественные наставления, основания к назиданию надежды, подпоры к утверждению веры, пища для укрепления сердца, кормило для направления пути, пособие к получению спасения: наставляя переимчивые умы верующих на земле, они приводят к Небесному Царству. Бог благоволил многое возвестить и предложить через рабов своих – пророков: во сколько же важнее то, что говорит Сын, что собственным голосом свидетельствует Он – Слово Бога, бывшее в пророках, – не повелевая уже уготовить путь грядущему, но Сам приходя для открытия и указания нам пути, чтобы мы, блуждавшие во мраке, неосмотрительные прежде и слепые, будучи озарены светом благодати, держались пути жизни под водительством и управлением Господа! Он-то, между прочими Своими спасительными наставлениями и божественными заповедями, споспешествующими людям ко спасению, Сам дал и образец молитвы, Сам наставил и научил, о чем надлежит нам просить. Даровавший жизнь, по той благости, по которой благоволил уделить нам прочие дары, научил нас и молиться, чтобы, обращаясь к Отцу с той просительной молитвой, которой научил нас Сын, мы были тем удобнее услышаны. Он предсказал о наступлении времени, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, и предсказанное исполнил так, что мы, принявшие Духа и истину от Его освящения, поклоняемся истинно и духовно, держась Его предания. Ибо какая молитва может быть более духовна, как не та, которая завещана нам Христом, ниспославшим нам и Духа Святого? Какое моление может быть более истинным у Отца, как не моление, исшедшее из уст Сына, Который есть Истина? Следовательно, молиться не так, как научил Он, есть не неведение только, но и преступление, тем более что сам Он как-то заметил: разористе заповедь Божию за предание ваше (Мф. 15, 6).

Будем же, возлюбленнейшие братья, молиться так, как научил нас Учитель-Бог. Молиться Богу по Его указанию, доходить до слуха Его молитвой Христовой – вот приятная и доступная к Нему молитва! Когда молимся, пусть Отец познает слова своего Сына. Обитающий внутри нас, в сердце, да будет и в речи. Так как Он ходатай у Отца за грехи наши, то, молясь о грехах наших, будем мы, грешники, употреблять и слова нашего Ходатая. Он говорит, что о чем бы мы ни просили Отца во имя Его, даст нам (Ин. 16, 23); поэтому не тем ли вернее получим мы просимое во имя Христово, если будем просить Христовой молитвой? Во время же молитвы речь наша и моление да будут соединены с благочинием, спокойствием и скромностью, будем помышлять не о том, что мы стоим перед лицом Бога и что надобно угодить очам Божиим и положением тела и звуком голоса. Производить шум криком – это признак бесстыдного: напротив, скромному прилично молиться смиренной молитвой. Наконец, Господь преподал нам заповедь молиться тайно, в скрытых и уединенных местах, даже на своих постелях, что особенно свойственно вере, – да знаем, что Бог везде присутствует, слышит и видит всех, полнотою Своего величия проникает в самые потаенные и скрытые места, как сказано в Писании: Бог приближаяйся Аз есмь... а не Бог издалеча. Аще утаится кто в сокровенных, и Аз не узрю ли его?.. Еда небо и землю не Аз наполняю (Иер. 23, 23 – 24)? И опять: на всяцем месте очи Господни сматряют злыя же и благия (Притч. 15, 3). И когда мы сходимся вместе с братьями для торжественного принесения божественных жертв со священником Божиим, то также должны помнить о скромности и благочинии: не бросать на ветер и кое-как прошений наших в нестройных голосах и не выражать шумной болтливостью моления, которое должно быть приносимо Богу смиренно, так как Бог выслушивает не голос, но сердце. Не криком должно напомнить о себе Тому, Кто видит помышления человеческие, по уверению Господа, сказавшего: векую вы мыслите лукавая в сердцах ваших (Мф. 9, 4)? И в другом месте: и уразумеют вся церкви, яко Аз есмь испытаяй сердца и утробы (Откр. 2, 23). Это, как читаем в Первой книге Царств, понимала и соблюдала Анна, прообразовавшая Церковь: она приносила Господу не громкое моление, но просила Его тихо и скромно в тайниках своего сердца; приносила молитву тайную, но с явной верой; молилась не устами, но сердцем, в уверенности, что и так Бог услышит, и она действительно получила просимое, потому что просила с верой. Об этом так говорит Писание: И та глаголаше в сердцы своем, токмо устне ея двизастеся, а глас ея не слышашеся (1 Цар. 1, 13), – но Бог услышал ее. Также читаем в псалмах: глаголете в сердцах ваших, на ложах ваших умилитеся (Пс. 4, 5). То же внушает Дух Святой через Иеремию, так поучая: рцыте убо во уме: Тебе лепо есть кланятися, Владыке (Иер.5).

Святитель Иоанн Златоуст

Беседа о том, что чтение Священных Писаний полезно

и что оно делает внимательного недоступным для рабства

и стеснительных обстоятельств, также о том, что название

апостолов есть название многих достоинств и что апостолы

получили силу и власть гораздо большую, чем внешние властители

и сами цари; и наконец, к новопросвещенным



1. Когда я, будучи призываем к беседе пред таким множеством народа, посмотрю на бедность моего ума, то ужасаюсь и отступаю; но когда посмотрю на ваше усердие и ненасытное желание слушать, то ободряюсь, возбуждаюсь и охотно вступаю на поприще учения, потому что вы своим усердием и желанием слушать могли бы и каменную душу сделать легче всякого пера. Как животные, живущие в пещерах и в течение зимы скрывающиеся в скалах, увидев наступившее лето, оставляют убежища, собираются вместе с прочими животными и веселятся вместе с ними, так и душа моя, скрывавшаяся как бы в некоторой пещере сознания своей немощи, увидев усердие вашей любви, оставляет пещеру, вступает в ваше собрание и вместе с вами восторгается прекрасными восторгами Писаний, на духовном и божественном луге, в раю Писания. Подлинно, чтение Божественных Писаний есть духовный луг и рай сладости, рай сладости превосходнейшей того рая. Этот рай Бог насадил не на земле, а в душах верующих; этот рай Он поставил не в Эдеме и не ограничил одним местом на востоке, но распространил по всей земле и распростер до пределов вселенной. А что Он распространил Писания по всей вселенной, об этом послушай пророка, который говорит: во всю землю изыде вещание их и в концы вселенныя глаголы их (Пс. 18, 5). Хотя бы ты отправился к индейцам, которых первых озаряет восходящее солнце, хотя бы удалился на океан или на британские острова, хотя бы приплыл в Евксинский понт , хотя бы достиг северных стран, везде услышишь, как все любомудрствуют о том, что содержится в Писании, другим языком, но не другою верою, различными наречиями, но одинаковым умом. Хотя звуки голоса различны, но образ благочестия неразличен; хотя они остаются варварами по языку, но любомудрствуют по мыслям; хотя они странны по наречию, но благочестивы по жизни. Видишь ли обширность рая, распростертого до пределов вселенной? Здесь нет змия; это место свободно от диких зверей и ограждается благодатию Духа. Этот рай, как тот, имеет и источник, – источник, из которого вытекает множество рек, а не четыре. Не Тигр, не Евфрат, не египетский Нил и не индийский Ганг, но бесчисленное множество рек изливает этот источник. Кто говорит это? Сам Бог, даровавший нам такие реки. Кто верует в Меня, говорит Он, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой (Ин. 7, 38). Видишь ли, как из этого источника вытекают не четыре реки, а бесчисленное множество? И не по множеству рек только, но и по естеству своему удивителен этот источник, потому что в нем не потоки воды, а дары Духа. Этот источник отделяется в каждую душу верующих и не уменьшается; разделяется и не истощается; распределяется и не убавляется: во всех он находится всецело, и в каждом всецело. Таковы дары Духа. Хочешь ли узнать свойство этих вод, как они не похожи на те, но гораздо лучше и удивительнее тех? Послушай опять самого Христа, беседующего с самарянкою, чтобы тебе узнать обилие этого источника. Вода, говорит Он, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную (Ин. 4, 14). Не сказал: выходящей; не сказал: изливающейся; но: текущей (αλλομένου) – указывая нам потоками на ее изобилие. Ключевые воды обыкновенно исторгаются и вытекают отовсюду, где источники не могут удержать их в своих недрах, но, будучи преодолеваемы непрестанным притоком, извергают их отовсюду. Поэтому, желая показать обилие потоков, Он сказал: текущей, а не: выходящей. Хочешь ли узнать и свойство ее? Узнай из ее употребления: она полезна не для жизни настоящей, но для жизни вечной. Будем же пребывать в этом раю, будем сидеть при этом источнике, чтобы нам не потерпеть того же, что потерпел Адам, и не лишиться рая; не будем принимать пагубного совета, не допустим к себе обольщения от диавола; будем пребывать внутри, потому что здесь великая безопасность, – будем пребывать в чтении Писаний. Как сидящие при источнике, наслаждающиеся его прохладою, и при наступлении жара часто погружавшие в него лицо свое устраняют удушливый жар потоками, и, если беспокоит их жажда, легко облегчают мучение, имея врачевство вблизи в источнике, так и находящийся при источнике Божественных Писаний, если почувствует беспокоящий его пламень непристойной похоти, легко потушит пламень, погрузив душу в эти воды; и если будет беспокоить его горячий гнев, воспламеняя сердце, как поджигаемый котел, то, покропив немного этой воды, он тотчас укротит бесстыдную страсть; и от всех порочных помыслов, как бы из среды пламени, избавляет душу чтение Божественных Писаний.

управление размером текста

Α + Увеличить | α - Уменьшить

разделы сайта

обратите внимание

Ищем соавторов для ведения сайта

опрос

Сколько Вам лет ?



Другие опросы

Реклама